Вагнер по-сибирски

Год Германии в России подарил стране сотни культурных мероприятий, однако одной из наиболее ярких инициатив, по признанию начальника отдела Германии Министерства иностранных дел Российской Федерации Олега Зиборова, стала постановка оперы Вагнера силами двух регионов — Бурятии и Иркутской области. Кстати, сам господин Зиборов явился одним из авторов этой идеи, которую охотно поддержали и в институте Гете (Германия), и в Министерстве культуры Российской Федерации. Региональные же министерства культуры — иркутское и бурятское — просто не могли не воспользоваться шансом и с радостью помогли чем могли, хотя стоимость проекта озвучивать отказываются.

Понадобилось более полутора лет, чтобы опера Рихарда Вагнера «Летучий Голландец» впервые была поставлена на огромной территории от Урала до Дальнего Востока. Связано это, по словам создателей, с невероятно сложным музыкальным материалом — далеко не во всех регионах России есть коллективы, способные осуществить исполнение этого произведения. Собственно, и в этом случае понадобилось объединить усилия двух коллективов — Иркутского губернаторского симфонического оркестра и Бурятского государственного академического театра оперы и балета, которые помогли друг другу в освоении великого немецкого композитора.

Оказалось, что оркестр бурятского театра не готов сыграть Вагнера, а солисты Иркутского музыкального театра им. Н.М. Загурского, в чьем репертуаре, кстати, есть оперные произведения, не смогут спеть арии на немецком языке.

Зато с языком оригинала справились оперные бурятские солисты, к которым художественный руководитель иркутского губернаторского оркестра Илмар Лапиньш питает давнюю слабость. Также в постановке «Летучего Голландца» принял участие хор Бурятского театра оперы и балета. «У Вагнера сюжет и музыкальный язык изливаются одним потоком, нет разграничения. При этом Вагнер в равной степени драматург, как и композитор. Поэтому эту оперу можно ставить только на немецком языке», — отмечал перед показом в Иркутске постановщик Ханс-Йоахим Фрай — известный немецкий режиссер, директор театров земли Бремен, организатор Дрезденского оперного бала и международного конкурса вокалистов Competizione dell’ Opera. Кстати, он уже отметился одной постановкой в России — год назад на сцене Московского камерного музыкального театра имени Б.А. Покровского он поставил оперу «Царь и плотник» композитора Альберта Лорцинга.

Премьера же «Летучего Голландца» сначала состоялась в Улан-Удэ, где ее показали 11 и 12 октября, а затем в Иркутске (16 и 17 октября) — на сцене Иркутского музыкального театра им. Н.М. Загурского. Каждый показ проходил при полном аншлаге и последующих овациях в финале. Причем

Зрителям пришлись по нраву не только минималистичные декорации, профессиональное пение и великолепная игра оркестра, который впервые в своей истории сел в оркестровую яму, но и тот факт, что действие постановки происходило на Байкале.

Режиссер намеренно выбрал именно это место действия как самый главный элемент, объединяющий два соседствующих региона. «Мы старались создать такое сценическое пространство, которое было бы вневременным, но решили привязать эту историю к Байкалу, чтобы зрители увидели родные для себя пейзажи», — отметил он. По легенде капитан корабля «Летучий Голландец» обречен скитаться по волнам мировых океанов в поисках девушки, которая его полюбит, но за свое упорство он проклят небесами и может сходить на берег лишь раз в семь лет. По задумке режиссера и художника-постановщика Марии Вольской, Голландец сходит с корабля именно на берегу Байкала.

Впрочем, это не единственная вольность в трактовке классического материла. Режиссер также изменил финал оперы, согласно которому возлюбленная Голландца Сента бросается в море со скалы, доказывая этим свою верность. В версии режиссера Фрая трагический момент опущен, и главные герои, взявшись за руки, уходят в туманное, но светлое будущее.

Но, пожалуй, самым удивительным оказалось оформление спектакля. Мария Вольская не стала громоздить на сцене огромные корабли и дома. По ее собственному признанию, она старалась использовать не иллюстративный, а скорее ассоциативный ряд. Таким образом,

Театральная условность в этой постановке достигла чуть ли не предела. Сцена почти все время остается пустой, лишь на время появляется на ней штурвал, символизирующий странствующий корабль.

Очень интересно решен второй акт, который согласно либретто проходит в доме отца Сенты Даланда. Девушки вышивают и поют, сидя в креслах-качалках, которые великолепно передают ощущение морской качки и в целом моря, которое является главным действующим лицом спектакля. Также постановщики щедро пользуются в оформлении видеопроекцией, причем изображение дается не на задник сцены, а проецируется на полупрозрачный занавес, за которым продолжают петь солисты. Нужно ли говорить, что зрители видят в этот момент байкальские пейзажи? Еще одним важным элементом оформления является свет, за который ответственна еще одна московская постановщица Елена Копунова. В основном опера решена в темных, мрачных тонах, лишь в финале появляется ослепительный белый, символизируя счастливое будущее главных героев.

В общем, усилия множества людей оказались далеко не напрасными — у двух коллективов получилось создать действительно очень яркое, самостоятельное произведение, заслуживающее самого пристального внимания публики. Вот только, к большому сожалению, вряд ли любителям оперы удастся увидеть «Летучего Голландца» еще раз — дальнейшие его показы пока не планируются.