Пушкин в сумерках

Каждый эпизод «Маленьких трагедий» Пушкина, будь то «Скупой рыцарь», «Каменный гость», «Моцарт и Сальери» или «Пир во время Чумы», — это история одной человеческой страсти. Именно поэтому сюда так хорошо подходит и «Сцена из Фауста» — вольного перевода Пушкина из Гете. С нее-то, как и в фильме «Маленькие трагедии» Михаила Швейцера, и начинается спектакль Геннадия Шапошникова «Сумерки богов», названный по распространенной идиоме, чаще всего обозначающей конец света.

Действие начинается прямо в зале, а после того как открывается занавес, кочует по сцене, которая в этом спектакле имеет свою особенную глубину. На заднем плане — длинный стол, по ходу развития спектакля все время приближающийся к зрителю, чтобы стать декорацией к «Пиру во время Чумы». Весь актерский состав на протяжении почти двух часов, что длится спектакль, находится на сцене. Время от времени часть актеров, выходят на первый план, чтобы сыграть тех или иных персонажей из очередной истории, а потом удаляются вглубь сцены, занимая места статистов. Проще говоря, каждый из актеров играет здесь несколько ролей, в зависимости от того, какая из трагедий разыгрывается перед зрителем. С одной стороны, в этой путанице есть какой-то намек на вавилонское столпотворение, а с другой — дух студийности, о котором сказал перед первым просмотром Геннадий Шапошников. Между героями на протяжении всего действа бродят жуткие существа, символизирующие одновременно и дьявольские силы, и губительные страсти, и смерть, и сами сумерки.

Декорации, выполненные Александром Плинтом в модерново-готической эстетике, сплошь состоят из зеркал. Общий цвет спектакля — черный, и эта мрачность моментально погружает зрителя в атмосферу мистики и первобытного страха перед непознанным. А сюрреалистические костюмы Оксаны Готовской только углубляют это ощущение. Кажется, спектакль предупреждает: наступает время, когда боги уже не могут блюсти высшую справедливость на земле, а стало быть, остается одна надежда — на людей.

Постановки Геннадия Шапошникова в паре с художником Александром Плинтом всегда наполнены множеством символов и знаков, над которыми приходится еще долго думать после просмотра. И новая работа «Сумерки богов» — яркое, несмотря на сумрак, тому подтверждение. Однако за внешней эффектностью спектакля само его действие как будто отходит на второй план. Несмотря на то, что спектакль длится около двух часов без антракта, все четыре маленькие трагедии Пушкина пролетают перед глазами зрителя с такой скоростью, что просто не успеваешь сосредоточиться, прочувствовать каждую из них.