Юрий Ножиков: «Я отказывался от охраны до последнего…»

— Юрий Абрамович, какой первый транспорт вы освоили?

— Конечно, велосипед. Правда, марку я уже не вспомню. Я учился в энергетическом институте в Иванове, и от моего дома до вуза было километров шесть. Вот я каждый день так и катался на учебу. Первой моей личной машиной стал ВАЗ 2101. Купил ее тогда за шесть тысяч. Копил на нее, откладывал деньги, как и все. К тому времени я был уже большой мальчик, работал управляющим треста «Востокэнергомонтаж».

— Первые ощущения за рулем помните?

— Конечно, это такое блаженство было. Особенно по выходным, когда я устраивал себе длительные прогулки. Тогда ведь бензин копейки стоил, и никто их не считал. Я любил прокатиться до Усть-Орды и обратно. Дорога там хорошая, мне нравилось.

— Вы знаете, а люди до сих пор помнят «Ниву», с которой вы не расставались…

— На «Ниве» я всегда чувствовал себя более уверенно, проходимость у нее хорошая. Ездил я на ней до последнего, но сейчас становится уже опасно ездить самому, поэтому пришлось с любимой машиной расстаться. А для моих нужд администрация предоставляет машину, тоже «Ниву», кстати. Правда, езжу я уже с водителем, и, если честно, это не так уж часто теперь бывает. Выезжать далеко и надолго мне запретил врач.

— Помнится, в свое время много шуму наделала авария, в которую вы попали…

— Да, это была страшная авария, и виноват был тогда я. Быстро ехал, а на «Ниве» ведь больше 70-80 км в час выжимать нельзя, не та машина. Конечно, она может развить и 120 км, но вот устойчивости у нее нет. Да и колеса у нее тормозят по-разному. Одно сразу, второе через полчаса… В общем, я несся со скоростью 100 км в сторону Листвянки, и вдруг из-за поворота показался грузовик. Я начал резко тормозить и меня, естественно, забросило влево, я понял, что машина начинает переворачиваться… В следующий момент потерял сознание и очнулся, только когда меня работники скорой помощи вытаскивали из машины. Потом пришлось долго восстанавливаться. Травма позвоночника была очень серьезная, и мое счастье, что дело не дошло до паралича. Но лежать, пока все заново срастется, мне пришлось долго. Неподвижно лежать — это было труднее всего для меня.

— И с какими чувствами вы после всего пережитого снова сели за руль?

— Вы знаете, страха не было. Просто сел и поехал.

— В то время, когда вы были губернатором, у вас ведь было и официальное авто?

— Да, «Волга».

— Вы ездили с мигалками и охраной?

— Нет, от охраны я отказывался до последнего момента, пока от президента не пришло письмо с указанием, что охрана у губернаторов должна быть обязательной. Это было за год до моей отставки. Конечно, тут уже отказываться было нельзя. Тем более что охрана — это не только безопасность, это ведь еще и контроль за мной, моими действиями.

— Секьюрити вас везде сопровождали?

— Ездил я без них, они сопровождали меня только там, где я ходил пешком.

— «Волга» была с водителем?

— Если честно, от его услуг я тоже отказывался. Водитель сидел за рулем только тогда, когда мне надо было встречать официальных лиц, к примеру, Шеварнадзе или Ельцина с женой. Тогда машиной управлял не я, и впереди нас выстраивали целый кортеж.

— Получается, в вашей жизни не было иностранных машин?

— Верно, не было. Но я, конечно, пробовал на них ездить. И, безусловно, импортное авто на порядок удобнее и надежнее.

— А скорость для вас — это сколько?

— Ну, 150 км в час я никогда не ездил. А вот 120-130 выжимал. Вообще, я сторонник вежливого вождения. Должна быть культура. В Варшаве, к примеру, был крайне поражен обходительностью и внимательностью местных водителей. Я, совсем не глядя по сторонам, переходил дорогу, а машины ждали пока я дойду до тротуара. У них есть уважение к пешеходам. У нас, конечно, все не так. И я считаю, что нахальство и наглость за рулем неприемлемы.