Александр Ведерников: «Стратегии Приангарья нужны амбициозные, прорывные идеи и проекты»

— Мы помним, как долго и сложно обсуждалась Стратегия. Депутаты говорили о том, что это должен быть программный документ, который определяет все наши действия. По какой причине его принятие так затянулось?

— Политическая генетика региона очень долгое время складывалась так, что не было командной работы законодательной и исполнительной ветвей власти. Вот и относительно Стратегии полноценного диалога наладить не получалось. Предыдущее правительство региона, тогда губернатором был Сергей Левченко, несколько раз пыталось утвердить стратегию. Но документ был очевидно «сырой», требовал серьезной доработки. В частности, депутаты заксобрания обращали внимание на то, что в документе были прописаны откровенно слабые цели, отсутствовал масштаб, труднодостижимые и амбициозные задачи. Причины тому отчасти понятны. Правительство ставило перед собой преимущественно выполнимую программу, справиться с которой можно было, что называется, «не вставая с дивана», не затрачивая лишних усилий.

После того, как команда правительства поменялась, регион возглавил Игорь Кобзев, ситуация сдвинулась с места, обе ветви власти впервые за долгое время начали действовать сообща. Большая, кропотливая подготовительная работа велась до 2021 года.

Стратегия — это карта, по которой корабль под названием «Иркутская область» плывет по заданному курсу. На пути могут быть штили, шторма и так далее. И все это надо предусмотреть. Без профессиональной команды сделать такую работу сложно, практически невозможно. Поэтому депутаты прошлого созыва привлекли к обсуждению проекта стратегии социально-экономического развития максимально широкий круг высокопрофессиональных людей. В 2021 году на нашей площадке вместе с правительством региона мы создали Стратегический совет, в него вошли эксперты из самых разных областей: представители научных и образовательных организаций, малого и среднего бизнеса, крупных промышленных предприятий, члены правительства, аудиторы Контрольно-счетной палаты Иркутской области. Чтобы продуктивно работать, мы создали в совете шесть рабочих групп по основным приоритетам. Перечислю их целиком, это — «Накопление и развитие человеческого капитала», «Создание комфортного пространства для жизни», «Сохранение уникальной экосистемы региона», «Экономический рост и эффективное управление», «Отраслевые комплексы экономики», «Территориальное развитие». Задача каждой группы — оперативно прорабатывать выбранные части Стратегии.

У нас была общая задача — спланировать жизнь в нашем регионе, где мы живем и работаем, где растим своих детей, так, чтобы здесь было не просто комфортно, а чтобы видны были перспективы. Хотелось бы, чтобы перестала уезжать молодежь и опытные специалисты.

В итоге постановлением Законодательного Собрания Иркутской области документ был принят. А 10 января 2022 года Стратегия социально-экономического развития Иркутской области на период до 2036 года была утверждена региональным законом.

— Сейчас настало время для первых поправок в Стратегию, которые депутаты приняли в первом чтении. Работа продолжается. На чем сосредоточены инициаторы доработок?

— В этом году в ходе заседаний Стратегического совета мы активно обсуждали основные приоритеты долгосрочного развития нашего региона. После этого поддержку получили идеи, давно требующие внедрения. Например, использование модульных технологий при строительстве объектов здравоохранения, культуры и спорта.

Объясню подробнее. Проектирование — довольно весомая, а порой непосильная для муниципалитетов статья расходов. И даже когда проект профинансирован и, наконец, рожден, то следующий этап — длительные экспертизы. Потом поиск средств на капитальную стройку. В итоге, имеем следующую ситуацию: через госэкспертизу проходят десятки проектов на миллиарды рублей, а число тех, по которым удалось профинансировать строительство, в разы меньше.

Преимущества модульных объектов — высокая скорость и качество работ, низкие трудозатраты и сокращение расходов местных бюджетов, в том числе и на подготовку проектной документации. В качестве положительного примера приведу практику строительства фельдшерско-акушерских пунктов в нашем регионе. За короткий срок десятки поселений получили собственные ФАПы, медицинская помощь оказывается жителям теперь в комфортных условиях. Эту программу активно продвигает губернатор Игорь Кобзев.

Иркутской области нужна комплексная государственная программа по модульному строительству социальных объектов. В ней должна быть предусмотрена подготовка нескольких вариантов типовых проектов, а также подключение модульных соцобъектов к сетям инженерно-технического обеспечения. С учетом этого подхода мы за те же бюджетные деньги сможем построить больше социальных объектов, потому что не будем тратить время и средства на формирование отдельного проекта, прохождение необходимых экспертиз и так далее.

Помимо этой важной темы, свое отражение в поправках нашли и другие. Такие, как развитие общественного транспорта, создание машиностроительного кластера в сфере производства электрооборудования, а также центра технологических компетенций, создание централизованной системы биореакторов в сельскохозяйственном производстве, глубокая переработка сельскохозяйственного сырья и поддержка технологий инновационного развития внутреннего рынка пищевых продуктов.

Стратегия — это определенная форма визуализации наших мечтаний. Если ты их не визуализируешь, то и шансы прийти к ним в будущем минимальны. Если мы, принимая документ, ставим большие задачи, то затем, хочешь или не хочешь, но вынуждены мобилизовать все свои ресурсы, чтобы дойти до поставленных целей.

— Судя по обсуждению поправок на сессии, большое внимание также уделено синхронизации Стратегии Иркутской области со Стратегией Сибирского федерального округа. Для чего это необходимо?

— Иркутская область — это стратегически важная территория, как для СФО, так и для России. С соседними регионами мы работаем в одном ключе и решаем общие проблемы. Постоянно встречаемся с коллегами из Красноярского края, Новосибирской области и других субъектов. Учимся друг у друга, объединяем свои силы для привлечения внимания федерального центра к решению вопросов сибирской повестки.

Например, в стратегию СФО включены планы по переводу системы теплоснабжения Байкальска на электроотопление, чтобы люди дышали чистым воздухом. В Усолье-Сибирском планируется создать экотехнопарк и федеральный центр химии. Сроки исполнения — 2029–2030 годы.

Между тем анализ двух стратегических документов показал — их соответствие далеко не полное. Требуется более глубокая синхронизация.

Так, например, из 22 мероприятий плана Стратегии СФО, направленных на реализацию национальных проектов, только 10 встречаются в плане Стратегии Иркутской области. В списке отсутствующих или не прописанных в нашей Стратегии — такие масштабные мероприятия, как, например, создание экотехнопарка «Восточная Сибирь» и федерального центра химии в Усолье-Сибирском, проработка вопроса создания портово-логистического кластера в Усть-Куте и другие. Следует также отметить, что в план Стратегии СФО включены программы развития отдельных регионов, таких как Республика Алтай, Омская область, Кемеровская область — Кузбасс, в то время как относительно Иркутской области в данном направлении упоминается лишь реализация программы социально-экономического развития Байкальского муниципального образования, а не целого региона.

Далее, из 23 инвестиционных проектов плана Стратегии СФО только 12 встречаются в плане стратегии Иркутской области. Не включены, к примеру, комплексный туристический проект «Байкальская слобода», проект развития исторического центра города «Иркутские кварталы», создание Международного центра водных ресурсов, туристический проект «Многофункциональный комплекс Сибэкспоцентр» и ряд других.

В перечне проектов в социальной сфере плана Стратегии СФО включено восемь проектов, которые планируется реализовать на территории Иркутской области. Стратегия Иркутской области упоминает лишь один из них — реконструкцию здания ТЮЗа им. Вампилова.

Наш регион готов участвовать в проектах ускоренного развития Сибири по всем направлениям — промышленном, социальном, культурном. Для более качественного достижения целевых показателей социально-экономического развития Сибирского федерального округа мы и синхронизируем два стратегических документа.

— Параллельно наверняка предполагается и работа по соответствию региональной Стратегии документам, принятым на федеральном уровне?

— Именно так. Наш регион участвует в третьем этапе расширения Восточного полигона железных дорог — БАМа и Транссиба. Как отметил наш президент Владимир Путин, этот проект имеет геостратегическое значение и свяжет два центра силы — Россию и Китай. Главная цель — до 2035 года обеспечить необходимый уровень пропускной способности между странами. Новая железнодорожная инфраструктура даст мощный импульс развитию значительной части территории России, в том числе и Приангарью.

Наша область — один из лидеров по переработке алюминия. Как было отмечено в Послании президента Федеральному Собранию, из открывшихся новых производств Тайшетский алюминиевый завод является индустриальным гигантом в стране. В Стратегии социально-экономического развития Иркутской области запланирована реализация еще трех объектов по переработке алюминия: Тайшетская анодная фабрика, экологическая модернизация Братского алюминиевого завода и экологическая модернизация Иркутского алюминиевого завода. Данные проекты способствуют как развитию промышленности, так и существенному снижению воздействия на окружающую среду.

Особо хочу обратить внимание еще на ряд направлений, отраженных в Послании президента Российской Федерации Федеральному Собранию. Их необходимо уже сейчас, не откладывая на следующую стратегическую сессию, предусмотреть в Стратегии Иркутской области.

Это запуск новой комплексной программы по охране материнства, сбережению здоровья детей и подростков, в том числе репродуктивного здоровья, в рамках нового национального проекта «Продолжительная и активная жизнь».

Еще одно значимое направление — развитие индустриальных технопарков с акцентом на размещение производств малого и среднего бизнеса по технологическим приоритетам. Большой акцент мы делаем на развитии туризма. О необходимости включения комплексного туристического проекта на Байкале я уже упоминал, также необходимо внести формирование инфраструктуры экологического туризма в национальных парках, включая экотропы и пешие туристические маршруты, в том числе маршруты выходного дня для школьников, площадки отдыха, музеи и визит-центры, о которых говорил Владимир Владимирович Путин.

— Один из немаловажных факторов, который влияет на необходимость внесения изменений в Стратегию — новый подход к реализации госпрограмм. Как вы видите в ближайшем будущем их разработку и реализацию?

— У нас в области паспорт регионального проекта перед его утверждением председателем правительства согласовывается только с региональным проектным офисом и областным Минфином. Из этой цепочки исключено важное звено — общественное и экспертное заключение.

У нас есть предложение по созданию отраслевых проектных комитетов, которые и будут коллегиально утверждать паспорта региональных проектов.

Именно так работа над проектами построена на федеральном уровне. Мы проанализировали практику ряда субъектов РФ. Во многих, в том числе в Новосибирской, Тюменской областях, Алтайском крае, республиках Коми и Татарстан, проекты утверждаются в ходе совместной работы отраслевых министерств, муниципалитетов, контрольно-счетных органов и общественных объединений.

— Как Вы оцениваете проделанную над Стратегией работу, с учетом того, что в отвергнутых депутатами ранее вариантах не было ни «амбициозных целей», ни «труднодостижимых задач»?

— Пока нам, даже после общих совместных доработок со Стратегическим советом, все равно не хватает смелых целей. Стратегия — это определенная форма визуализации наших мечтаний. Если ты их не визуализируешь, то и шансы прийти к ним в будущем минимальны. Если мы, принимая документ, ставим большие задачи, то затем, хочешь или не хочешь, но вынуждены мобилизовать все свои ресурсы, чтобы дойти до поставленных целей.

Добавить амбиций должно включение в программный процесс депутатского корпуса. Мы все время говорим о программных комитетах, большем участии в программном процессе, чтобы не просто увидеть бюджет области осенью, когда он уже внесен, а уже с весны полноценно участвовать в подготовке и формировании программ.

Включение депутатов в программный процесс позволит, кстати, следить за исполнением плана реализации Стратегии. Пока мы не можем этого делать оперативно. Уже скоро, в мае, ждем отчет правительства по этой теме.

— Можете назвать примеры амбициозных задач, достойных региональной Стратегии?

— Стратегия — это технопарки и промышленные кластеры, условия под создание которых мы должны создавать. Сейчас у нас формируется газохимический кластер в Усть-Куте, соответственно, надо заранее всячески помогать и выстраивать там социальную инфраструктуру, чтобы к моменту запуска завода инвестору было где поселить работников, чтобы действовала вся необходимая социальная инфраструктура для них и их детей.

Стратегия — это внутрирегиональные и межрегиональные авиаперевозки. Отчасти у нас отражены некоторые параметры развития, но не в том масштабе, в каком хотелось бы.

Сейчас мы приводим нашу Стратегию в соответствие с другими важными документами. Но это позиция догоняющего. Нам необходимо создавать амбициозные проекты, рассчитанные на перспективу, чтобы их использовали новые поколения сибиряков. Пусть наша область станет пионером, и эти прорывные идеи выведут наш регион вперед, помогут другим территориям развиваться.

Конечная цель любой программы — это благополучие людей. Будет правильным, чтобы паспорта региональных национальных проектов в Иркутской области так же, как и Стратегия, обязательно учитывали мнение общественности и экспертов.

Как пример могу привести поправку или идею моего авторства о прокладке водозабора из Байкала до территории естественной агломерации на юге области. В квартиры иркутян, ангарчан, шелеховчан должна поступать чистейшая вода прямиком из Байкала. Жители Вены гордятся своим водопроводом, проложенным из альпийских источников. Говоря о развитии Иркутской области на будущее, мы должны смело мечтать не только о наращивании индустриальных возможностей, но и качества жизни. Поэтому в дальнейшем хотелось бы видеть в Стратегии больше прорывных идей. Потенциал для их реализации у нас есть.

Кроме того, предлагаю рассмотреть вопрос по созданию у нас в Иркутской области, например, специализированного центра развития межрегиональной авиации. Этот проект необходимо включить и в Стратегию развития Сибирского федерального округа до 2035 года.

Каким мы видим наше будущее на ближайшие 12 лет, его масштаб, возможности, таким оно и будет. Поэтому в Стратегии должны быть не только мероприятия по решению текущих проблем, таких как капитальный ремонт объектов социальной сферы, но и значимые для муниципалитетов и региона смелые проекты в социальной сфере, проекты с новейшими «умными» технологиями, передовыми инновационными решениями, как новый стационар Иркутской государственной областной детской клинической больницы. Кстати, уже сейчас этот проект нашел поддержку нашего губернатора и федерального центра.

— Мы живем в турбулентное время. Мир вокруг лихорадит. В такой обстановке как предусмотреть сегодня то, что будет актуально завтра?

— Действительно, Стратегия — объемный труд. Но это живой документ. Он должен сохранять свою работоспособность, соответствовать всем современным вызовам, иначе корабль пойдет ко дну.

Мир вокруг меняется, а с ним законодательство, национальные проекты, федеральные программы. Наша Стратегия развития должна быть с ними синхронизирована, соответствовать всем изменениям, новым целям и задачам. Мы должны внимательно посмотреть на прошлое и заглянуть в будущее, оценить, насколько наша Стратегия действительно является документом долгосрочного планирования.

Наш главный капитал — это люди. Поэтому одним из направлений, над которым мы должны начинать работу прямо сейчас, чтобы оставаться конкурентоспособными в будущем, — это кадры. Нам необходимы социально значимые проекты, которые могут стать импульсом для развития Иркутской области и которые можно масштабировать на территории всей России. Особенно востребованы такие идеи в сфере образования. Надо самим начать создавать колледжи «нового поколения», задуматься над созданием школы «нового поколения», создавать для этого платформы межрегионального взаимодействия, если своих ресурсов недостаточно.

Важно спланировать наши трудовые ресурсы на несколько лет вперед, чтобы существовала спайка между системой подготовки кадров и потребностями экономики на ближайшие 10–15 лет. Мы должны это предвидеть. Наш регион богат природными ресурсами и энергетикой, но через те же 10 лет инвестор будет делать ставку в первую очередь на территории, где будут квалифицированные трудовые ресурсы. Сегодня эту вспышку важно не проспать. Это обеспечит привлекательность нашего региона для будущих инвестиций.

— Можно ли рассчитывать, что несмотря на потребность в смелых идеях, наша Стратегия будет защищена от ненужных резких изменений?

— Внести такие изменения в уже действующую Стратегию, разрушить что-то начатое уже сложно. Особенно если процессы запущены, потрачены ресурсы, шаг за шагом видно приближение к цели. Сама цель не должна меняться, несмотря на то, что мы живем в изменяющихся условиях — у нас то коронавирус, то экономические санкции. Скорей приближение к ней будет лишь растягиваться во времени. Но такие вещи, как строительство очистных вокруг Байкала из документа не выкинешь — они жизненно необходимы. Выбросить можно лишь надуманные, искусственно созданные цели.

— Как часто придется менять и корректировать Стратегию социально-экономического развития, чтобы она оставалась документом долгосрочного планирования?

— Стратегия — живой документ, который требует постоянного внесения существенных технических и смысловых корректировок. Она должна полностью соответствовать духу времени в любой его момент.

Образно говоря, Стратегия — это наши мечты, наше видение будущего Приангарья. Это также эстафетная палочка, которую мы передадим другому поколению. Если что-то не успеем, то это сделают наши дети. Главное — двигаться вперед и развивать родную Иркутскую область!