Самоубийство мобилизованного поставили под сомнение

Сотрудниками дислоцированного в Луганске 122-го военного следственного отдела (122 ВСО) СК РФ возбуждено уголовное дело по факту гибели жителя Усольского района Иркутской области Виктора Петрова. Мобилизованный осенью 2022 года для участия в специальной военной операции, 40-летний мужчина был найден повешенным в ночь на 9 мая на территории палаточного лагеря в Луганской народной республике.

12 июля сотрудниками военного следственного отдела по Иркутскому гарнизону, во исполнение поручения 122 ВСО, матери погибшего Нине Ефременко было объявлено, что она признана потерпевшей в рамках дела. А его расследование ведется по ст. 110 УК РФ (доведение лица до самоубийства или до покушения на самоубийство путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего).

Адвокат Яков Ионцев, представляющий интересы женщины от правозащитной организации «Общественный вердикт» (признана Минюстом РФ иностранным агентом) сообщил „Ъ“, что постановления о возбуждении дела «семье еще не выдали», в следственные органы подано ходатайство об ознакомлении с ним.

Господин Ионцев рассказал, что в апреле этого года Нина Ефременко в телефонном разговоре с сыном узнала о том, что он находится в гражданской больнице с переломами трех ребер. За медпомощью он был вынужден обратиться после конфликта с сотрудниками военной полиции, которые «избили его, а также применяли электрошокер».

Накануне Виктор Петров задерживался сотрудниками военной полиции в состоянии алкогольного опьянения. «Возможно они его такими жесткими методами „кодировали” от пьянства. Но есть ощущение, что там еще что-то было в их мотивах, о чем мы не знаем», — уточняет адвокат.

9 мая матери военнослужащего поступило сообщение из воинской части о том, что ее сын в этот день покончил с собой, его тело было обнаружено в петле. «Когда Нине Николаевне (Ефременко) объявили о ее статусе в рамках возбужденного уголовного дела, то в постановлении о признании потерпевшей было указано, что труп обнаружен 8 мая в 23.45 местного времени. За несколько часов до этого Виктор Петров разговаривал с матерью, никак не демонстрировал суицидальные намерения, строил планы на ближайшее будущее, просил прислать снаряжение и белье. Это ставит под сомнение версию о самоубийстве», — добавляет Яков Ионцев.

Адвокат отмечает, что для возбуждения уголовного дела ему и его доверителю пришлось привлекать внимание ряда инстанций. «2 июня мы подали заявления о преступлении в СК РФ и Генпрокуратуру, по факту пыток в апреле и по факту смерти при сомнительных обстоятельствах. 6 июля подали жалобы в прокуратуру и военное следствие по факту нерассмотрения заявлений о преступлении. Подчеркну, что никаких сведений о результатах их рассмотрения до сегодняшнего 12 июля у нас не было», — говорит он, полагая также, что «истинной причиной возбуждения дела была не юридическая работа, а общественный резонанс». С 27 июня правозащитные организации начали публиковать информацию о смерти военнослужащего, 28 июня сотрудники 122 ВСО СК РФ отправили поручение на опрос матери, а само дело было возбуждено в период между 29 июня и 1 июля.

Цель семьи военнослужащего — привлечь виновных к ответственности в его самоубийстве, которое «похоже на инсценированное». По мнению адвоката, сотрудники военной полиции, «как минимум, должны что-то знать». «Как поясняет мать, Петров был под постоянным контролем сотрудников военной полиции, он даже какое-то время жил в их палатке. Соответственно возникают вопросы — зачем им это понадобилось и как после такого случилось то, что случилось», — добавляет Яков Ионцев.

Нина Ефременко не смогла лично побеседовать с „Ъ“, ссылаясь на тяжелое эмоциональное состояние. В СК РФ не комментируют обстоятельства, связанные с возбуждением дела