Легенды и явь Тажеранской степи

Тажеранская степь начинается сразу за селом Еланцы — административным центром Ольхонского района, и простирается до берега Малого моря. На первый взгляд может показаться, что это заброшенная, безжизненная территория, где кроме травы и камней нет ничего. Но это не так.

— Почему Тажеранскую степь называют реликтовой? Потому что она сохранилась еще с предыдущих климатических эпох, — рассказывает кандидат биологических наук, заместитель директора Прибайкальского национального парка по науке и экологическому просвещению Виталий Рябцев. — Не было сибирской тайги, а степь уже была. Она намного древнее тайги, потому — намного богаче. Один квадратный метр Тажеранской степи содержит до 60 видов травянистых растений! Столько вы не найдете за весь день пребывания в тайге.

Протяженность Тажеран — около 40 километров. В основном это гористые участки, каждый шириною до 15 километров, хребты, соленые озера. Здесь, на площади в один квадратный километр, были найдены около 150 различных минералов, в том числе тажеранит (названный в честь степи) и азопроит. Ну и, конечно, пещеры, которыми Тажераны знамениты не только в России, но и за ее пределами. Самая известная — трехэтажная пещера Мечта, чья глубина достигает 52 метров, а протяженность ходов — 800 метров. На небольшом расстоянии от Мечты находятся Большая и Малая Байдинские пещеры. Здесь археологи нашли наконечники стрел и ножи периода железного века, а также древние захоронения. По мнению ученых, примерно в 17-18 веках в этих местах жили курыкане.

Виталий Рябцев говорит, что в Тажеранской степи жили не только курыкане. Еще раньше эту землю населяли хунны, а монгольские племена пришли сюда уже после курыкан. О том, что в степи жили эти племена, свидетельствуют не только древние захоронения и находки археологов в Тажеранских пещерах. Наши далекие предки оставили своим потомкам и наскальные рисунки — петроглифы, которым насчитывается свыше четырех тысяч лет. Печально то, что рисунки эти с годами теряются, в чем виноваты также и люди: отслаивающиеся каменные пластины выламываются, письмена уничтожаются.

— Тажеранская степь — уникальная территория, — говорит Виталий Рябцев. — И ландшафт, и растения, и животные типичны для центрально-азиатских степей, но никак не для тайги. Такие степные котловины с бессточными солеными озерами, которые есть только у нас, в Иркутской области. Даже не соленые, а солоноватые. Но, тем не менее, концентрация в этих водоемах такая, что рыба в них жить не может. Зато в озерах множество личинок различных насекомых и богатая фауна: утки, кулики в период пролета, гнездятся гуси, поганки, журавли и другие птицы. И очень хорошо, что нет рыбы. В противном случае, мы бы на каждом озере видели флотилию резиновых лодок, бесчисленные сети, палатки и кучи мусора.

Тажераны — сокровищница флоры и фауны. Если взять Красную книгу Иркутской области, то можно убедиться в том, что ни один район Приангарья не имеет столько редких видов животных и растений, как Тажеранская степь.

По всей территории степи можно видеть «останцы» — выходы горных пород. С ними связана одна из древних легенд, которая гласит, что в далекие времена два сильных шамана схватились в битве и никак не могли победить друг друга. Божества рассердились на шаманов и прекратили бой, обратив их и всех, кто участвовал в этой войне, в каменные фигуры.

Красная книга Тажеран

Тажераны — сокровищница флоры и фауны. Если взять Красную книгу Иркутской области, то можно убедиться в том, что ни один район Приангарья не имеет столько редких видов животных и растений, как Тажеранская степь. Из редких видов животных в первую очередь Виталий Рябцев называет монгольскую жабу. В Иркутской области она водится только в Тажеранской степи и на Ольхоне. Нерестится монгольская жаба, в большей степени, на одном из соленых озер Тажеран. К сожалению, в последние несколько лет численность этой амфибии упала в три раза, опять-таки по вине человека. «Как эта жаба живет в родоновой воде, мы не знаем, но почему-то ей там нравится, — говорит ученый. — И ее в озере становится тем меньше, чем больше приезжает в степь туристов, чем больше автомобильного транспорта появляется на берегах соленых озер. В большом числе жабы гибнут под колесами авто».

Богаты эти места и пернатыми. Здесь жаворонки, гуси, журавли, аисты и многие другие птицы. «Взять того же рогатого жаворонка — нигде в Иркутской области вы не увидите этих птиц в таком большом количестве, кроме как в Тажеранах, — рассказывает Виталий Рябцев. — Здесь же обитает и самая крупная птица в Сибири — дрофа. Считается, что в последние десятилетия она перестала гнездиться в этих местах, но местные лесники находили ее здесь. А жить дрофа может только в степи, и сегодня она осталась главным образом в восточной Монголии».

Для хищных птиц Тажераны — излюбленное место из-за обилия сусликов. Этих грызунов здесь больше, чем где-либо в Иркутской области. А суслики — основная добыча орлов и соколов. В Тажеранской степи встречаются орел-беркут, могильник, степной орел и орлан-белохвост, сокол-балобан, кречет и сапсан. И хищные птицы также пострадали от руки человека. После распада Советского Союза, когда границы открылись, повадились на берега Байкала сирийские соколятники ловить соколов. Птиц нелегально вывозили на Ближний Восток и продавали местным шейхам — любителям соколиной охоты. «Для богатых людей это очень дорогостоящее хобби, поддержание древних традиций, — говорит Виталий Рябцев. — Из-за сирийских соколятников численность соколов резко упала, и сейчас их остались единицы. Мы ловили браконьеров, начиная с 2000 года. Только в 2003 году, после того как к расследованию деятельности пойманных подключились сотрудники ФСБ, браконьеров удалось поймать, двоих довели до суда. Но наказание ограничилось условным сроком, что несоизмеримо с ущербом, нанесенным природе».

Водятся в Тажеранах и косули, есть лисицы, барсуки и даже волки. А Виталию Рябцеву однажды посчастливилось увидеть у соленого озера кабаргу, которая вообще-то совсем не типична для этих мест. «Как она попала в голую степь — непонятно. Видимо, с окружающих гор, — предполагает ученый. — А местные жители рассказывают, что их деды и прадеды охотились на горных баранов, которые приходили с гор, чтобы попить соленую воду с Тажеранских озер. Есть мнение, что в 19 веке на юге Приморского хребта находился реликтовый очаг обитания снежных баранов, которые спускались с хребта в Тажераны. Вообще, Тажеранская степь с ее ландшафтом — самое подходящее место для диких баранов. Но, к сожалению, эти животные исчезли почти всюду, ведь человек в первую очередь охотился на них».

Когда-то обитал в степи и благородный олень. Виталий Рябцев застал еще те времена, когда в Тажеранах можно было видеть тропы оленя, его помет. Сейчас эти животные здесь уже не встречаются. Причина — браконьерство. «Косули еще есть, но и их стало намного меньше. То же самое и с тетеревами, куропатками, численность которых сокращается, — рассказывает ученый. — Для соленых озер характерна красная утка — огарь. Эти птицы водятся в Приангарье в основном в Тажеранской степи и на Ольхоне. С каждым годом их все меньше. На берегах озер мы находили гильзы, что говорит об истреблении этих священных для местных жителей птиц».

Из-за оранжевого окраса огаря ассоциировали с ламами, потому птица считалась священной. Но даже до появления на берегах Малого моря буддизма красную утку почитали и шаманисты. Согласно древним мифам, именно гуси и утки из глубины вод достали землю для человека. Поэтому коренные жители — буряты — никогда не охотились на водоплавающих, и этих птиц когда-то на Байкале было очень много.

Цивилизация — благо?

Удивительно, что при столь суровом климате в Тажеранах обитает так много птиц и зверей. Здесь постоянно дуют ветра, очень короткое лето. Зеленеть степь начинает лишь в июне и уже в августе выгорает, от зелени ничего не остается. Холода наступают рано. Поэтому Виталий Рябцев считает, что степь не предназначена для массового туризма: «Этот район не для туристов с их палатками, машинами и развлечениями. Эта территория — для любителя дикой природы, для того, кто ее понимает. А люди не знают, как себя вести на природе, зато в большом количестве получили автотранспорт, что сделало для них доступными ранее закрытые территории. На руках у населения огромное количество оружия. Все это грозит исчезновением тех редких птиц и животных, обитающих в Тажеранах».

Линии электропередач, которые несколько лет назад появились в степи и которым так были рады местные жители, также, по мнению ученого, нанесли непоправимый урон дикой природе Тажеран, изменили ландшафт и повлекли за собой необратимые последствия. Там, где ЛЭП, обязательно появляется дорога, а значит, будет много транспорта. Возле дорог, как правило, строятся кафе. «Сейчас готовится ответвление ЛЭП от Курмы до Онгурена, и последний участок дикой природы Малого моря будет загублен, — говорит Виталий Рябцев. — ЛЭП должна пройти по уникальным местам, где растут редкие растения, которых нигде в природе больше нет. Природная территория, включенная в наследие ЮНЕСКО, уничтожается, и это никого не интересует. Ну, появится электричество, а вместе с ним — поток туристов. Местные жители потеряют возможность охотиться, потому что очень скоро охотиться будет не на кого. Меньше станет грибов и ягод, все чаще будут возникать пожары. В итоге люди останутся у работающего телевизора, но в окружении погибшей природы. И вряд ли скажут спасибо ЛЭП».

Еще одна беда для Тажеран — мусор. Как только заканчиваются Еланцы и начинается степь, сразу же взорам туристов и местных жителей открывается невероятных размеров свалка, огороженная бетонным забором. Этой свалке уже много лет, и со времени ее появления местные власти не могут справиться с горой мусора. Сельские власти кивают в сторону районной администрации, те — наоборот. Проблема меж тем остается, и каждую весну, когда в степи начинают дуть ветра, мусор разносится на многие километры по Тажеранам — реликтовой территории, включенной в наследие ЮНЕСКО.

Кроме человека, опасность для степи сегодня представляет и сама природа. Дело в том, что степь будет жить, пока на ней пасутся стада копытных животных. С тех пор как разорился Еланцинский совхоз и пришло в упадок овцеводческое хозяйство, в степи не пасутся отары в том количестве, как раньше — несколько десятков тысяч овец. С одной стороны, это пошло на пользу степи — она восстановилась, расцвела. Но с другой — из-за отсутствия в необходимом количестве парнокопытных степь стала зарастать молодыми побегами лиственницы, реже — сосны. Идет наступление леса на степь, а это чревато сокращением степной территории. «Лесов у нас, в Иркутской области и в России, достаточно. А Тажеранская степь — одна, и на фоне лесных массивов это совсем крохотный кусочек. Другого такого участка нет», — уверен Виталий Рябцев.

Спасти степь может развитие традиционного сельского хозяйства, животноводство. Но пока предпосылок к этому мало. Разве что появились небольшие фермерские хозяйства, одно из которых даже занимается разведением яков. «Степь надо сохранить. Должны вернуться фермеры. Здесь издревле степные народы жили, пасли скот, и степь жила, — говорит Виталий Рябцев. — Нужно что-то делать с массовым туризмом. Туризм в этой территории может быть только экологический и никакой другой. И, главное, — нельзя эту землю отдать под застройку коттеджами и турбазами. Тажеранская степь должна остаться живой!»

Ежегодно ученые выезжают в степь и наблюдают за теми изменениями, которые происходят здесь. Мониторинг свидетельствует о том, что сокращается численность птиц и животных, и пока тенденция не меняется к лучшему. На глазах Виталия Рябцева степь поменялась несколько раз, и перемены эти не самым лучшим образом сказались на дикой природе Малого моря. Неизвестно, что будет дальше, какими станут Тажераны через десять-двадцать лет. Но уже сейчас понятно — повезло тем, кто был в Тажеранской степи и кому удалось видеть эти места почти в первозданном виде.