Истязатель исправился на птицебойне

Красногвардейский районный суд Республики Крым удовлетворил ходатайство Станислава Гольченко об условно-досрочном освобождении от дальнейшего отбывания наказания. При этом без изменений оставил дополнительное наказание в виде запрета на право занимать определенные должности.

Бывших полицейских Станислава Гольченко, Александра Корбута и Дениса Самойлова в июне 2021 года Усольский городской суд Иркутской области признал виновными в пытках местной жительницы Марины Рузаевой и приговорил их к реальным срокам заключения — до четырех лет колонии. Гособвинение при этом запрашивало более суровое наказание — от пяти до семи лет лишения свободы. В феврале 2022 года иркутский областной суд оставил в силе решение первой инстанции.

Как сообщалось ранее, 2 января 2016 года сотрудники межмуниципального отдела МВД «Усольский» пришли в дом к Марине Рузаевой и увезли ее в отдел под предлогом опроса об убийстве мужчины, проживавшего в соседнем доме. В отделе Марину приковали наручниками к скамейке и несколько часов заставляли назвать имя убийцы. Женщину избивали, надевали на голову полиэтиленовый пакет, применяли к ней электрошокер. Не добившись нужных показаний, ее отпустили домой. Впоследствии врачи зафиксировали у женщины электроожоги, повреждение позвоночника, ушибы мягких тканей головы, шеи, грудной клетки, голени и предплечья, ягодиц, бедер.

Как рассказал „Ъ” Павел Глущенко, муж Марины Рузаевой, решение суда об УДО было вынесено 24 марта этого года. «Однако на руки определение мы получили лишь 14 апреля», — добавляет он.

Из ходатайства Гольченко (копия имеется в распоряжении „Ъ”) следует, что с конца марта по середину июля прошлого года он отбывал наказание в ИК-13 города Нижний Тагил Свердловской области. После этого неотбытая часть срока решением Тагилстроевского районного суда заменена более мягким наказанием в виде принудительных работ в исправительном центре ИК-1 по Республике Крым и городу Севастополю. С июля 2022 года Гольченко трудился там в должности подсобного рабочего на птицебойне.

«За весь период отбывания наказания я не допускал нарушений правил внутреннего распорядка, дисциплинарных взысканий не имею. У меня есть поощрения администрации ИК-13 Свердловской области и ИК-1 по Республике Крым. Принимая во внимание фактически отбытый срок основного наказания, мои характеристики, полагаю, что цели наказания в настоящий момент достигнуты», — отмечается в ходатайстве. Кроме того, Гольченко приложил к документу гарантийные письма из трех предприятий ООО «ВРП Новотранс», ООО «Евроворота» и ИП «Мамедов З. Э.» о готовности принять его на работу.

Правозащитник Яков Ионцев из «Общественного вердикта» (внесен в реестр иностранных агентов), представляющий интересы Марины Рузаевой, в разговоре с „Ъ” отметил, что намерен обжаловать решение Красногвардейского районного суда.

«В основу обжалования ляжет факт недопуска Марины Рузаевой в процесс, нам было отказано в участии по ВКС, а мой доверитель не имел возможности явиться из Иркутской области в Крым, с учетом того что это недешево, да и трудозатратно для многодетной женщины с поврежденным в результате пыток позвоночником. Кроме того, со стороны Гольченко отсутствуют реальные данные о раскаянии в совершенном преступлении, не возмещен нанесенный вред, а суд в своем решении ссылается на положительную характеристику с места работы, то есть с места совершения преступления», — перечисляет основания правозащитник.

Семья Марины Рузаевой не чувствует себя в безопасности после освобождения Гольченко. Павел Глущенко напоминает, что во время следственных разбирательств, ему и Марине поступали угрозы, был сожжен его автомобиль, подожжены баня и частный дом, а также отравлена собака.

«Только после их ареста прекратились поджоги и все немного успокоилось. Тем не менее, нам пришлось уехать из города, сменить место жительства, так как в обеспечении государственной безопасности было отказано», — говорит Павел Глущенко.