«Внимание нужно не нам, а предприятиям»

— Как так вышло, что многие ведущие промышленные предприятия региона — ваши «клиенты»?

— Ну, мы не банк, потому они для нас — не клиенты. В том плане, что мы не оказываем им коммерческих услуг: мы де-факто государственная структура, созданная для льготного финансирования проектов в ключевых для государства отраслях. Этим и занимаемся.

— И что, ваша ставка от банковской существенно отличается?

— Мы предоставляем займы от 1% годовых. На каких условиях можно сейчас юрлицам взять кредит в банках, вы и без меня представляете.

— То есть банки вам не конкуренты?

— Да, они для нас партнёры. Всё-таки у нас ограниченный перечень ОКВЭДов, и не всем заявителям мы можем дать положительный ответ. Тогда мы предлагаем обратиться в банк. А банки, в свою очередь, могут направить своих заёмщиков к нам в Фонд для получения компенсации уплаченных по выданным ими кредитам процентов.

— Тут поподробнее, пожалуйста: получается, предприятие может оформить в банке кредит, а вы ему компенсируете проценты по этому кредиту?

— Если быть точным, то 90% от суммы уплаченных процентов по кредитам на пополнение оборотных средств. Максимальная величина компенсации по одной заявке — 50 миллионов рублей, а срок рассмотрения — не более 10 рабочих дней.

— А откуда у Фонда такая щедрость? Ведь взаимоотношения банка и заёмщика — это взаимоотношения двух хозяйствующих субъектов: грубо говоря, предприятие понимало же, на что подписывается, оформляя кредит…

— Это называется «государственная поддержка бизнеса». Экономика страны оказалась в беспрецедентных условиях. А неординарные ситуации требуют неординарных мер.

Гранты на компенсацию процентов по кредитам — специальная программа Минпромторга, которая заработала в середине этого года. В Иркутской области оператором этой программы был определён наш Фонд — видимо, в Министерстве мы на хорошем счету (улыбается). И я хочу отметить, что за эти несколько месяцев мы уже раздали больше половины от суммы целевой субсидии, выделенной федеральным центром под эту программу, — свыше 30 миллионов рублей. Важно, что возмещение производится каждый месяц, и любое предприятие может подавать заявку на грант также ежемесячно.

— Получается, в этом году компенсации стали одним из главных ваших направлений деятельности?

— Не совсем так: у нас работает целый ряд компенсационных программ уже несколько лет. Правда, если в новой программе сбор заявок, как и выплата по ним, происходят ежемесячно, то другие компенсационные программы работают по итогам года: весной собираем заявки на компенсации, рассматриваем их и выплачиваем однократно.

В этом году хорошие результаты показала программа «Компенсации затрат за транспортировку продукции». Из 31 поданной заявки положительное решение принято по 22. В общей сложности сумма одобренных выплат составила 8,34 миллиона рублей.

— А если вернуться к изначальному предназначению Фонда — выдаче льготных займов на развитие промышленных производств — тут есть тоже какие-то новшества?

— Новая для нас программа — «Производительность труда». Летом Наблюдательный совет Фонда одобрил первую заявку по ней, братского предприятия «Гидроэлектромонтаж», — почти на 100 миллионов рублей. Ключевое условие программы — заёмщик должен быть участником нацпроекта «Производительность труда», и не просто приобрести новое оборудование, но и указать конкретный производственный участок, на котором благодаря модернизации будет повышена производительность труда. В случае ООО «БМУ ГЭМ» — это поток изготовления подстанционных металлоконструкций.

— А нацпроект «Производительность труда» тоже в вашей зоне ответственности?

— На территории Иркутской области его реализацией занимается Региональный центр компетенций, но да, «материнская организация» для него — Фонд.

— И какие там результаты?

— Уже порядка 3 десятков предприятий области участвуют в нацпроекте. Но лучше не я расскажу про это, а процитирую одного из участников. Генеральный директор Иркутского завода гусеничной техники Александр Горин, выступая на открытии форума «Производительность 360» в этом октябре в Сочи, сказал: «Все всегда хотят и ждут от государства денег, особенно не разбираясь, что нацпроект — это стимул для развития посильнее финансовой помощи. Потому что он помогает найти и раскрыть наши внутренние резервы». Вот ни убавить, ни прибавить!

— О, вот мы и вернулись к началу разговора: так что же, Яна Алексеевна, так вышло, что Фонд развития промышленности для изрядного количества крупных предприятий Иркутской области стал если не единственным, то основным поставщиком мер поддержки?

— Вы так говорите, будто в этом есть что-то плохое…

— Нет, но… это ведь тоже своего рода история успеха.

— Я считаю, что наш основной успех — это комплексный подход. В Иркутской области за последние пару лет удалось выстроить систему институтов развития, которая дополняет друг друга. Играет ли в ней Фонд развития промышленности ведущую роль? — Нет. У нас есть обязанности, которые нам поручило региональное правительство, — этим мы и руководствуемся. И иногда — возвращаясь к упомянутым вами заводам (и не только к ним) — наша бурная деятельность приводит к тому, что они оказываются в центре внимания СМИ и общественности. Оказываются совершено заслуженно. Как сказал Андрей Мерзликин, сыгравший главную роль в фильме об истории Иркутского завода тяжёлого машиностроения, «самое время вернуть уважение человеку труда».

Вот и мы так думаем.