Улыбка от доктора Ольги

«Операция Улыбка» — уже известный в Иркутской области благотворительный международный проект, который впервые состоялся в 2011 году и прошел блестяще. Около сотни детей с врожденными челюстно-лицевыми дефектами были бесплатно прооперированы международной бригадой специалистов экстра-класса на базе Ивано-Матренинской детской клинической больницы и разъехались по городам и весям с новыми личиками, а значит, и новой судьбой. Эта замечательная акция, которую с нетерпением ждут во многих странах и континентах, получила прописку в Иркутске благодаря Ольге Николаевне Белых.

Ольге Белых — ведущий хирург челюстно-лицевого отделения Ивано-Матренинской детской клинической больницы, врач высшей категории, кандидат медицинских наук, лицензированный хирург международной благотворительной организации Operation Smile и член Общественной палаты Иркутска. Прооперировав множество детей в составе ударных интербригад в разных городах России и за рубежом, доктор Белых получила предложение международного фонда организовать такую акцию в Иркутске. Разве можно было от него отказаться? Здесь только за год она, практически единственный специалист этого сложного челюстно-лицевого профиля, может сделать около ста операций детям с врожденной патологией, в то время как мощный специализированный десант выполняет такой объем за неделю. Идею поддержали на всех уровнях, и дело пошло.

Улыбка 2.0

Мы сидим за столом и, как год назад, снова пьем кофе, только в прошлый раз сразу после того, как Ольга Николаевна проводила в аэропорт своих зарубежных коллег, завершив в Иркутске благотворительную «Операцию Улыбка», а на этот раз с самолета была она сама — вернулась после аналогичной мини-акции в Черкесске. С московским хирургом Еленой Карповой они прооперировали 20 детей, в большинстве своем «вторичных» — они уже обращались за помощью, но не везде в нашей большой России могут устранить врожденные дефекты лица безупречно.

Самая большая в мире

Благотворительная международная организация Operation Smile Inc. создана в США в 1982 году хирургом Биллом Маги и его супругой Кетти после поездки на Филиппины, где они обнаружили очень много детей с врожденными дефектами лица, не имеющих возможности получить хирургическое лечение. Бесплатная высококвалифицированная помощь таким детям и стала целью организации, ныне самой большой в мире по количеству добровольцев. Она охватила 25 стран мира, принесла реальную помощь взрослым и детям с диагнозом, который в народе называют «заячья губа» и «волчья пасть». В России отделение фонда Operation Smile Inc. открылось в 1992 году. Сотни операций сделаны в Москве, Ярославле, Петрозаводске, Томске, Казани, Новосибирске, Таганроге, других городах, теперь включая Иркутск.

— Операция на небе, — объясняет хирург Белых, — должна быть только «в десятку», иначе повторить ее можно только через полтора года, потому что столько времени формируется рубец, — упредила она мое «почему?».

Ольга рассказывает, как тепло на Кавказе принимали эскулапов, от души обильно кормили. Особенности быта и местные нравы, политический контекст и иерархия ценностей, — поражает, как проницательна и точна она в своих наблюдениях. Наверное, это свойство хирурга — он должен увидеть все детали, связать их в общую картину, оценить ее и принять решение. Такое видение распространяется и на жизнь, потому так интересно слушать ее впечатления, как будто она не хирург, а исследователь и аналитик — вот тебе выкладки и, кстати, иллюстрации, видео с айфона — современные приспособления для Ольги не роскошь, а средства. Я помню, как однажды пришла поздравить ее с Днем рождения, и она с восторгом стала показывать мне подарок своего сына, начинающего нейрохирурга. Она вынула коробочку и — вы не догадаетесь, что в ней было — нет, не духи, а специальный налобный суперфонарь для челюстно-лицевых операций. В нашем разговоре случайно я выцепила историю и о том, как, узнав про причитающуюся ей губернаторскую премию, Ольга запланировала покупку каких-то особенных хирургических ножниц, только премия оказалась такой, что денег на ножницы не хватило, и тогда я поняла, что и те, кто приезжает к нам в Сибирь с других концов света, а вместе с ними и мой давний друг Ольга, в хорошем смысле фанаты своего дела. Недаром же ее коллега на мини-акции в Черкесске сказала при встрече: «Хочу наоперироваться досыта». У Ольги Николаевны все время «досыта». Мне запомнился ее давний рассказ о том, как медсестры отказывались вставать с ней в одно дежурство, потому что работать приходилось без продыху — как будто провидение или кто-то свыше специально откладывал все травматические случаи на ее смену, чтобы компенсировать страдания детей умелой помощью доктора Ольги. «Ох, уж эти качели! — восклицала она. — Только наступает лето, так ребятишек с травмами от удара качелью между бровью и глазом везут одного за другим…»

И на этот раз один из спонсоров акции, перед ее началом вручая медикам необходимый аппарат, вдруг персонально обратился к Ольге Николаевне и голос его дрогнул. Он чуть сбивчиво рассказал историю о том, как случилась беда с его маленьким сыном — он получил травму, и доктор вернула ребенку здоровье, а родителям душевный покой.

— Да я это каждый день делаю, — удивленно пожала плечами Ольга, когда после окончания церемонии я сказала, что рада была видеть благодарное отношение к ней. — Работа у меня такая, — отметила она без всякого кокетства.

С ее работы и началось наше знакомство. Теперь уже много лет назад. Меня в очередной раз прижало и я примчалась к другу и доктору Егору Белых. «Это не ко мне, — только глянув, заключил он, — это к хирургу. И немедленно, — в корне пресек он мою попытку возразить: может, рассосется?

С видом побитой собаки вползла я в операционную к Ольге Белых (Егор, оказывается, направил меня к своей жене). Она лучезарно разулыбалась: да делов-то! И, как я поняла, привычно окутала меня своим спокойствием.

— Ты со мной, как с ребенком!

— Да ведь я же с детьми работаю…

Журналист во мне жил отдельно от отданной под скальпель руки: я отмечала, как серьезно и тщательно Ольга готовилась, ощущала, как сосредоточенно и тщательно она работала. Падать в обморок, что свойственно барышням моего типа при виде хирургических инструментов, я немедленно передумала, безоговорочно доверившись ее умелым рукам. Минут через 15-20 Ольга поила меня чаем с конфетами и показывала альбом с фотографиями своих пациентов. То, что увидела, было, как в кино: вначале — ну просто родственник Квазимодо, и тут же, рядом, симпатичный ребенок, но эти два фото — одно лицо! Впечатления — от ужаса до восторга. А как иначе описать «до и после» ее операций?

— Ольга, и что, это все ты делаешь?

— Ну да…

Стремление совершенствовать свои навыки в челюстно-лицевой хирургии, в которую Ольга погрузилась, что называется, с головой, привело ее в свое время в международный проект «Операция Улыбка». Однажды выяснилось, что ее коллега Андрей Останин, операции которого Ольга давно хотела посмотреть, через несколько дней в составе членов акции приезжает в Улан-Удэ.

— У меня как раз начинался отпуск, и я напросилась туда разнорабочей.

— Как? Ты — блестящий хирург, и на подхвате?

— Оперировать в проекте можно, только получив лицензию, а процесс проверки специалиста — многоступенчатый и многократный.

Безопасность акций, которые проводит «Операция Улыбка» — главный критерий деятельности организации, поэтому в ней установлен высочайший профессиональный ценз — нужно быть профи экстра-класса, получить оценку у мировых светил и только после этого встать за стол оперирующим хирургом. Ольга Белых прошла тройной отбор, получив у каждого из тех профессоров, которые оценивали ее мастерство, блестящие отзывы. В конце 2010-го как полноправный хирург интербригады она отправилась в первую зарубежную поездку. Это была Индия, город Гувахати.

Доктор Olga, Джек Шеппард и другие

На часах уже второй час ночи. Ольга этого не замечает, увлеченно комментирует мне фотографии, сделанные в далекой стране. И когда от количества зафиксированных на осмотре пациентов расщелин у меня начинает кружиться голова, я вдохновляюсь, потому что вдруг вижу в ее фотоленте сочетание скрупулезного хирурга, которому важна каждая деталь, и ловкого папарацци, который выловил из толпы знакомое лицо.

— Мэттью Фокс, доктор Джек Шеппард из сериала Lost («Остаться в живых«), а что он там среди вас делал?

— Помогал, был волонтером, играл с детьми.

На YouTube я посмотрела ролик, как знаменитый актер нянчился с мальчиком по имени Сарбен, заносил его на руках в операционную к своему другу хирургу Тому Крабти, радовался новому лицу ребенка.

Таких новых лиц доктор Olga «делала» на своем столе по шесть в день — этот ритм работы был задан в Индии. Недаром в «Операции Улыбка» часто участвуют военные хирурги и анестезиологи, привыкшие работать в экстриме и постоянно меняющихся обстоятельствах. Они, кстати, не миновали и Ольгу, продолжавшую оперировать под фонариком, когда погас свет. Тогда-то и появилась намерение непременно заиметь такой же собственный, его и осуществил понимающий нужды хирурга сын. В промежутках между операциями доктор Olga успевала заскакивать к своим именитым коллегам и наблюдала, как те работают, комментируя ассистентам каждый свой шаг, и делают это из операции в операцию…

— Мне стало обидно, — признается Ольга, — что нас никто так не учил.

Метод подготовки, точнее сказать муштры, который Ольга Николаевна усвоила у зарубежных коллег, она теперь использует со своими студентами — каждый нюанс операции должен быть отточен до автоматизма и филигранности.

В Индии Ольга работала в созвездии асов своего дела, включая самого создателя фонда Билла Магги. И в атмосфере единства, дружелюбия, согласованности и надежности, которая возникает сама собой, когда есть благородная идея. Значит, это в природе человека — следовать ей. Иначе как объяснить, что люди оставляют свои дела и в свой отпуск направляются куда подальше снова оперировать? Как вот, например, к нам, в Иркутск, на этот раз приехали из США, Австралии, Вьетнама, Боливии, Индии, Филиппин, Украины, Ярославля, Самары, Владимира, Таганрога, Томска, Новосибирска… Безусловно, совместные операции — это богатейший опыт, профессиональное обогащение, но и какая колоссальная отдача!

О чем говорят хирурги

В этот раз в Иркутске удалось устранить врожденные дефекты лица 62 маленьким пациентам, некоторым из них сделали по две операции, — и никаких осложнений, это, конечно, класс! И зеркало уровня подготовки наших специалистов. В международной команде он проявляется особенно выразительно, и не остался незамеченным для именитых коллег. Ольга рассказывает об этом с удовольствием и удовлетворенностью, из чего я заключаю, что она — командный человек. Для нее важно, чтобы коллег оценили по достоинству.

И мало того, что в этом году был учтен опыт подготовки прошлой акции, в больницу закупили новейшее оборудование, и условия для работы создали оптимальные, включая экскурсионную программу и свободное общение по-английски с вице-мэром. Эту, пока редкую у нас, возможность общаться с чиновником без переводчика гости оценили, а внутри команды ради дела многие, и в том числе доктор Ольга, осваивают язык, чтобы легче перенимать опыт. Процесс этот, как выяснилось, беспрерывный. Во всяком случае, когда журналисты, узнав, что спонсоры акции устраивали медикам благодарственный ужин в ресторане, стали допытываться у Ольги, о чем там разговаривали хирурги?

— Кто как делает разрез, как сшивает мышцы и кожу, — не моргнув глазом ответила она.— Это было прекрасное общение, потому что в такой плотной работе, как на акции, поговорить не удается…

О счастливых поворотах прооперированных детей, особенно брошенных из-за дефекта, а потом усыновленных новыми родителями, любят рассказывать представители благотворительного фонда.

— У меня другая тема, признается Ольга Николаевна, — я стараюсь убеждать родителей, чтобы не боялись еще рожать детей. При соответствующих консультациях и исследованиях, конечно. И когда такое случается — семья переживает расцвет, все убеждаются в том, что ребенок, которому мы помогли, — это был случай, а в родителях нет дефекта…

Разговор про «случай» — это отдельная тема: про экологию, технический прогресс и культуру. И по-прежнему не очень открытая. Мы же, так редко, к сожалению, встречаясь, конечно, говорили о Егоре — докторе Белых, потому что портрет так трагично ушедшего мужа с постоянно обновленным букетом всегда рядом с ней за столом. Говорили о сыне, который последовательно и верно идет по стопам родителей в такую непростую нейрохирургию, говорили о священных книгах, которые Ольга старается читать. Говорили о детях. Их уже так много, прооперированных ею Маш, Володь и Саш! А когда доктор работала в Индии, среди пациентов оказался ребенок с именем Саддам Хуссейн. Но писать об этом Ольга мне запретила — да и в самом деле, «дешевый» прием. Дорога улыбка.

Надежда Зайцева