Собачий ад за забором безразличия

И ранее фигурировавший в скандальных историях — то якобы там на ужин собак продавали, то не пускали волонтеров проведать четвероногих подопечных — приют для безнадзорных животных «Пять звезд», расположенный в деревне Карлук Иркутского района, опять на повестке дня. Зоозащитники, побывавшие там в ноябре, ужаснулись условиям содержания. Они увидели больных и истощенных собак, в вольерах с живыми находились тела мертвых животных. Вскрылась и еще одна неприятная вещь: земля, на которой пять лет находится «Пять звезд» в Карлуке, используется незаконно. Прокуратура требует освободить участок, предназначенный для ведения дачного хозяйства.

Волонтеры, опасаясь за жизни четвероногих, вывезли их в питомник «К-9». Со своей стороны владелец приюта Александр Солдатов, заявив, что это «рейдерский захват», потребовал вернуть животных. Руководство службы ветеринарии Приангарья, побывав на месте, направило материалы в полицию и прокуратуру.

Вся эта ситуация порождает много вопросов. Почему, несмотря на постоянные сигналы волонтеров и СМИ, на эти нарушения никто не обращает внимания? Кто должен контролировать деятельность подобных заведений? И как так получается, что «Пять звезд», на протяжении 12 лет пользующийся дурной славой, остается одним из основных исполнителей муниципальных заказов по отлову и содержанию бездомных собак?

Друзья или враги?

Наша планета перенаселена бездомными животными. По приблизительным оценкам зоозащитных организаций, популяция собак в стране исчисляется десятками миллионов, точного учета никто не ведет. В основном бездомные собаки обитают вблизи жилых домов и магазинов, создавая сложности медико-ветеринарного, биологического, социального и психологического характера.

Особенно опасны бродячие собаки, которые сбиваются в стаи. Они могут быть агрессивны, нападать на людей, угрожая их здоровью и даже жизни. По данным РОССТАТа, с 2000 по 2010 год в России от нападения собак погибли 390 человек. Насколько выросло это число после 2011 года — неизвестно, поскольку отдельную статистику смертей из-за нападения собак вести перестали. Бездомные животные являются и переносчиками многих инфекционных заболеваний, а также наносят вред экосистеме. Они уничтожают более мелких животных, обитающих в городах, разрушают птичьи гнезда.

Очевидно, что собаки превращаются из друзей человека в источник опасности по большей части по вине самих же людей. Получается, у этой проблемы две составляющие: надо спасать людей от нападений животных и необходимо спасать четвероногих от жестокости и равнодушия человека. Как решать этот вопрос? Регламентирует ли государство деятельность в этой сфере и как? Понятно, что проблема должна решаться комплексно. Но к настоящему моменту цивилизованных и достаточно вместительных приютов для бездомных животных по всей стране раз-два и обчелся. В Иркутской области положение вообще катастрофическое.

Цена за одну «единицу»

Цену в 5545 рублей за отлов одной собаки установила служба ветеринарии Иркутской области в 2020 году. На эти средства, как указано в приказе ведомства, подрядчик должен отловить бездомное животное, транспортировать, обеспечить «надлежащие условия жизнедеятельности», оказать ветеринарную помощь…

Подробнее

Щенки в морозильнике

Зоозащитник, общественный инспектор в области обращения с безнадзорными животными Елена Прадчук в начале ноября выложила в Инстаграме шокирующие кадры, на которых из морозильной камеры достают мешки с трупами животных. Елена отправилась в Карлук, зная о плохой репутации приюта. Еще она собиралась зафиксировать тот факт, что в «Пять звезд» не пускают посторонних. Общественники часто жаловались, что, вопреки законодательству, в этот приют всегда было сложно попасть.

— К моему удивлению, дверь мне открыли, я показала корочку, — рассказывает инспектор. — Работники приюта сказали — проходите, смотрите все, что хотите. Они, видимо, были не в курсе, что я — это я. Если бы был Солдатов, то дверь бы он мне даже не открыл.

В приюте на тот момент находились 187 безнадзорных собак и 29 щенков. В тесных вольерах рядом — взрослые собаки и щенки. У 80% животных, уверена Елена, налицо были признаки чумы и энтерита. Все собаки были в крайней степени истощения и обезвоживания. Еды и воды в вольерах не было. Рядом с живыми питомцами лежали трупы животных. Фекалии просто засыпаны соломой.

Бирки были не более чем у десяти особей. А значит, учетная документация фактически не ведется, заключает зоозащитник. При таком положении дел животных невозможно идентифицировать. Самое жуткое ожидало инспектора в так называемом «хранилище биологических отходов» — комнате с морозильниками. Там вместе с трупами собак были два живых щенка. Один умер через три минуты, после того как Елена достала его из камеры.

Елена до сих пор не может вспоминать об этом без нервной дрожи:

— Второго, еле живого, я схватила и прямо с ним отправилась в управление ветеринарии к руководителю. Меня трясло от возмущения. Я объяснила чиновнику, что творится в приюте. На следующий же день ведомство инициировало проверку и сообщило в прокуратуру.

После этого вышло официальное сообщение о том, что Служба ветеринарии начала проверку работы приюта «Пять звезд».

Вместе с губернатором Приангарья зоозащитники посетили приют «Пять звёзд» в Карлуке.

Узаконенное убийство

На вопрос, почему при такой плохой репутации приют «Пять звезд» из года в год продолжает выигрывать тендеры, общественница ответила: Александр Солдатов, по сути, единственный участник аукционов. Питомник «К-9» выходит только на Бодайбо. Так что конкуренции в этой сфере практически нет.

Другой вопрос — почему власти до последнего времени не замечали жестокого обращения с животными в питомнике?

— По-моему, все ясно, — отвечает Елена Прадчук. — Все эти годы Солдатова прикрывали чиновники областной службы ветеринарии. Под него издавались законы, формировалась цена за отлов и содержание одного животного. Они осознанно занижали эту сумму. Сложно было не знать и того, что все эти 12 лет организация занимала землю незаконно. К тому же игнорировали чиновники и тот факт, что собаки там все поголовно страдали инфекционными заболеваниями. А приют находится в центре поселка, такое соседство небезопасно для жителей. Но сколько общественники и зоозащитники ни обращались в ведомство, они слышали в ответ: «Все в приюте хорошо». Наводит на мысль, что во всем этом «неведении» была хорошая коррупционная составляющая.

Зоозащитники составили петицию в адрес президента РФ, министра экологии, Генпрокуратуры и СКР с требованием проверить приют и привлечь его владельцев к уголовной ответственности, а также вывезли из него часть животных. Активисты требуют наказать руководство приюта «Пять звезд» за жестокое обращение с животными.

А контракт по правилам?

На фоне всего происходящего администрация города утверждает, что ее специалистами «на постоянной основе ведется контроль за исполнением условий муниципального контракта, в том числе неоднократные выезды в место содержания животных». И специалистов действительно ничего не настораживало?…

Подробнее

Вот что написано в петиции: «Безнадзорных собак убивают жестокими способами прямо во время отлова. Единицы собак поступают в так называемый приют, где в течение короткого времени умирают от голода, жажды и инфекции. За все время там умерли более 50 тыс. собак и кошек. Только за 2020 год организацией заключено муниципальных контрактов на 3 400 безнадзорных собак на сумму 20 млн рублей. Живыми этих собак никто не видел». (В разных источниках фигурируют разные данные по объемам и суммам контрактов, но порядок цифр в любом случае в районе 20 млн руб. — «АН»).

После того как общественники привлекли внимание к проблеме, в приюте побывали губернатор Приангарья и сотрудники региональной службы ветеринарии. Результаты проверки переданы в МВД и в прокуратуру.

— Дело возбуждено по нескольким эпизодам жестокого обращения с животными (голод, неоказание ветеринарной помощи и т.д.). Но, по сути, речь должна идти о системных истязаниях. А такие действия подпадают под статью УК и предполагают наказание до пяти лет лишения свободы, — подчеркивает зоозащитница.

По мнению Елены Прадчук, областная служба ветеринарии должна была первой инициировать закрытие приюта, там рассадник нарушений. Но даже теперь, когда у ведомства уже новый руководитель, формулировки тем не менее остаются крайне обтекаемыми и каких бы то ни было убедительных заявлений о решительных мерах не прозвучало.

Нарушение на нарушении

Руководитель службы ветеринарии Иркутской области Сергей Шевченко следующим образом прокомментировал журналистам итоги проверки работы приюта «Пять звезд». Нарушения выявлены практически во всем — от высоты забора до ведения документации.

Приют находится менее чем в 100 метрах от жилых домов, вопреки требованиям федерального законодательства «Об ответственном обращении с животными». Территория не обнесена глухим забором необходимой высоты, а въезд не ограничен барьером. Установлены факты несоблюдения карантина поступающих в приют животных: их необходимо держать отдельно от остальных питомцев в течение 10 дней.

Почему несоблюдение карантина — грубейшее нарушение? Как известно ветеринарам, если хоть одна собака окажется больна инфекционным заболеванием (чумой плотоядных или энтеритом), мгновенно заражаются все питомцы. Тем более что уличные собаки не отличаются крепким иммунитетом. Особенно уязвимы щенки. Заразившись, животные, как правило, умирают в течение 3-5 дней мучительной смертью. Об этом, правда, Сергей Шевченко не упомянул.

Для вывезенных из Карлука животных активисты закупили сотни килограммов круп и мягкий корм для щенков.

Но вернемся к нарушениям, зафиксированным ветслужбой. В уличных холодных вольерах отсутствовали будки, а площадь вольеров не соответствовала нормативам. В вольерах размещалось по 8-10 собак, хотя по правилам должно быть не больше пяти. В общих вольерах обнаружены животные с признаками респираторных заболеваний.

Выявлены нарушения дезинфекционного режима. Состояние ветеринарных помещений ненадлежащее, отсутствовали инструменты для клинического осмотра животных (термометры, фонендоскопы и другие). Проверка установила нарушения в формировании рациона питания.

Неправильно были оформлены документы: заявки на отлов животных не содержали характеристику животных и сведения о наличии неснимаемых меток. Не смогли сотрудники приюта предоставить и контактные данные новых владельцев собак.

По итогам проверки были составлены акты о нарушениях. По словам Сергея Шевченко, правоохранительные и надзорные органы (прокуратура и полиция), куда были направлены данные, примут правовые решения и обратятся в суд с требованием приостановить деятельность приюта. Но только в случае, если на то будут основания. Хотя зоозащитники, просто люди, неравнодушные к животным, наверняка ожидали услышать другое: такие исполнители контрактов, как владелец «Пяти звезд», не должны участвовать в аукционах. В эту сферу должны прийти люди, которые не будут относиться к собакам, как к расходному материалу.

«Убери их с глаз долой!»

Журналист Наталья Ветрова много лет работает волонтером в приютах для бездомных собак. В «Пяти звездах» впервые побывала этим летом. Долго набиралась смелости, ведь слышала об этой организации много негативного. После поездки она написала в Инстаграме: «Воды нет, еды нет, вонь невыносимая… Миллионы рублей за такую работу. Забрала восемь щенков-смертников. Сердце не выдержало…»

Владимир Бурматов, председатель комитета Госдумы по экологии и охране окружающей среды

О ситуации с приютом «Пять звезд» в Карлуке (на своей странице в Instagram):
«Совершено серьезное, тяжелое уголовное преступление. Здесь минимум две уголовные статьи. Жестокое обращение с животными (причем часть вторая, группа лиц по предварительному сговору, в отношении двух и более животных) — это 5 лет лишения свободы. И нецелевое расходование бюджетных средств (поскольку умерщвление безнадзорных животных законодательно запрещено)… Гора трупов убитых бездомных животных. Судя по видео, часть из них убили прямо при отлове. Кого-то заморозили в мешках, возможно, заживо — там щенки смерзшимся комом. Кого-то бросили умирать в вольерах рядом с еще живыми собаками. Если это не ад, то что — ад?»

Корень зла Наталья видит в том, что никто в России не воспринимает проблему бродячих животных как серьезную. И эта проблема имеет две составляющие.

С одной стороны, появление на улицах брошенных питомцев — это результат человеческого безразличия. Собаки и кошки с неба не падают — их выбрасывают. Получается, бездомные животные — это результат безответственности существ, которые, казалось бы, должны находиться на более высоком уровне развития. Человек проявляет себя совсем не как «сапиенс».

В администрации города Иркутска, кстати, обращают внимание: «Осенне-зимний период является особенно напряженным в связи с миграцией животных из садоводств и прилегающих территорий в город. В день на отлов животных принимают от 7 до 20 заявок, без учета повторных».

Выход, по мнению Натальи Ветровой, в массовой стерилизации всех животных, в том числе и домашних питомцев. Это должно касаться и заводчиков, которые должны получать ограничения на количество пометов. Ведь не секрет, что многие заводчики выбрасывают отбракованных щенков на улицу.

— В России около 5 миллионов бездомных собак. И не все они беспородные дворняги, — рассказывает Наталья. — Среди них много породистых. Только у нас на передержке сейчас питбули, стаффы, ризеншнауцер. Недавно нашли овчарку с парализованными лапами, которую хозяева просто выбросили на свалку. Люди пожалели деньги на ее усыпление.

Исправить ситуацию, по мнению общественницы, помогут штрафы за потерю домашнего питомца, за ненадлежащее содержание и изгнание его на улицу. Наталья Ветрова уверена: наказание должно быть жестким, вплоть до уголовной ответственности. Например, в Германии за выброс животного на улицу (это приравнивается к издевательству) или его самовольное уничтожение налагается штраф €25 тыс. В Берлине штраф достигает €50 тыс.

Хорошая стерилизация в России стоит от 3 до 5 тысяч рублей. На уровне государства должны быть разработаны программы поддержки. Должны быть предусмотрены и льготы, скидки, например для пенсионеров, у которых есть домашние питомцы. Тогда эту проблему мы сможем решить за пять лет.

Другая сторона проблемы — в нежелании властей эффективно регулировать эту сферу.

— Многие главы муниципалитетов говорят исполнителю контракта: убери этих псов с глаз долой. Их не волнует дальнейшая судьба животных. Тем самым они дают согласие на их уничтожение. Проблема не в Солдатове, а в том, что мы позволяем ему это делать, — считает журналист. — Власти не считают безнадзорных собак живыми существами, относясь к ним, как к расходному материалу. Даже во всех документах они определены, как «единица», то есть нечто неодушевленное.

Что касается муниципальных приютов, здесь нужен жесткий контроль городских и областных властей за расходованием бюджетных средств. Исполнители контрак­тов должны вести видеофиксацию отлова и обратного выпуска в среду обитания после вакцинации и стерилизации, оформлять учетные карточки, производить чипирование животных. Каждая отловленная собака должна ставиться на учет. Тогда чиновники смогут легко отследить судьбу каждой бездомной собаки.

Вместо резюме

История приюта в Карлуке еще раз подтверждает, что такие питомники — это, по сути, собачьи лагеря смерти. Власти не торопятся наводить порядок в сфере безнадзорных животных. Им легче закрывать глаза на то, что происходит за заборами питомников.

Все так. Однако, по словам бывшего сотрудника администрации Иркутска, эта история с двойным дном. «Я сама не раз участвовала в рейдах в приют в Карлуке. Все знали, что владелец питомника ведет дела, так скажем, не очень ответственно. Приезжали, чтобы сказать: «А-та-та, что у вас собаки-то дохнут?» И так из года в год. Но все это замалчивалось».

Почему же сейчас поднялась вся эта шумиха? Может, это как-то связано с тем, что в Приангарье планируют построить три государственных приюта — в Иркутске, Братске и Тулуне? Каждый будет рассчитан на 1,5-2 тысячи животных. Улучшит ли это ситуацию с бродячими четвероногими? Их, говорят, в Иркутской области порядка 18 тысяч.

Но госприюты будут получать финансирование, а работники — стабильные зарплаты. А будут ли они заинтересованы в том, чтобы пристраивать питомцев? Или продолжится «солдатовщина» и отношение к питомцам, как к биомассе? И какие средства в итоге будут предусмотрены на одно животное?

Екатерина Санжиева