Понять Китай и быть на равных

С региональных и федеральных трибун мы все чаще слышим тезисы о том, что сегодня Китай — наш главный стратегический партнер и друг, на которого Россия «в случае чего» может рассчитывать. Очевидно, что наши страны пошли на сближение. Не верите? Прогуляйтесь по центральным улицам Иркутска — встретите немало гостей из Поднебесной. Кого-то из местных этот поток радует, других — пугает. «Ничего удивительного. Речь идет о людях другой культуры. Не зная ее, сложно строить доверительные отношения», — говорит Светлана Байрамова, директор центра китайского языка «Институт Конфуция ИГУ».

В беседе с корреспондентом «АН» Светлана Байрамова поделилась мнением: почему так важно не отстраняться, а, напротив, изучать китайскую культуру и язык. Знать и понимать тех, с кем в силу разных обстоятельств приходится взаимодействовать, — это не значит утратить собственную самобытность и культуру. Наоборот, это возможность «усилиться», поддерживать диалог на равных, слышать позицию другой стороны и убедительно доносить свою.

— Светлана Игоревна, Институт Конфуция в Иркутске — это не просто автономная школа китайского языка, а часть большой структуры. Подобные институты расположены по всему миру, верно?

Светлана Байрамова, директор центра китайского языка «Институт Конфуция ИГУ»
Светлана Байрамова, директор центра китайского языка «Институт Конфуция ИГУ»

— Да, так и есть. Это большая сеть. И наша миссия — способствовать пониманию Китая и китайской культуры во всем мире, развивать дружеские взаимоотношения. Иногда ситуация странно интерпретируется: подобные центры обвиняются в пропаганде китайского языка и культуры, которые якобы работают исключительно в интересах Китая. Позволю себе не согласиться.

Сегодня российско-китайское общение выгодно обеим сторонам. Появляются перспективные проекты в самых разных областях — экономике, культуре, образовании, туризме… Все эти проекты необходимо подкрепить высококвалифицированными кадрами.

— Знаете, говорят, что вести дела с китайской стороной очень сложно.

— Это стереотип. Не более того. Например, бытует мнение, что китайцы безответственные. На самом деле у нас просто разнятся подходы к бизнесу, к заключению соглашений. В Китае всегда сначала заключают договор о намерениях. Он носит ознакомительный характер. Стороны все взвешивают и только потом принимают на себя обязательства. Предварительное «да» не значит 100% договоренности. Эту специфику нужно учитывать в деловых отношениях.

Институт использует современные учебники, разработанные в Китае, и привлекаем лучших, профессиональных и опытных, преподавателей.
Институт использует современные учебники, разработанные в Китае, и привлекаем лучших, профессиональных и опытных, преподавателей.

Иногда на переговорах русских смущает то, что китайский собеседник не смотрит в глаза. Для нас визуальный контакт — это признак честности и открытости, а для них, оказывается, — признак агрессии. От незнания появляется дискомфорт. И это лишь несколько примеров, иллюстрирующих, почему вместе с языком нужно изучать культуру другого народа. Это тесно связанные вещи. Когда изучаешь язык, всегда интересно и важно заглянуть внутрь души, понять менталитет.

Вспомните, как работают, например, по всей России специализированные центры французского языка и культуры «Альянс Франсез». И никто не говорит о французской угрозе и пропаганде.

— Вы упомянули, что развитие совместных проектов требует кадров. Спрос на специалистов в разных отраслях, уверенно владеющих китайским, растет. Институт Конфуция тоже ощущает, что желающих выучить язык становится всё больше?

— Конечно! Сейчас идет осенний набор в группы, и мы видим, что тех, кому нужен и просто интересен китайский очень много. К нам приходят совершенно разные люди. Занимаются и детки, и те, кому за шестьдесят, а, может, даже за семьдесят. У одних бизнес связан с китайской стороной; другие планируют путешествие и хотят в другой стране чувствовать себя уверенно; третьи привыкли покупать через интернет, но устали от трудностей перевода; а четвертым просто интересно всё, что связано с Китаем, привлекают его традиции, его самобытность. То есть задачи у людей абсолютно разные, но мы готовы научить любого.

— Но у любого ли получится говорить и писать по-китайски? Кажется, иероглифы — штука замысловатая, да и вообще китайский язык считают одиним из самых сложных.

Ежегодно Институт распределяет стипендии: наши отличники уезжают в Китай на 4 недели, на полгода и даже на год.
Ежегодно Институт распределяет стипендии: наши отличники уезжают в Китай на 4 недели, на полгода и даже на год.

— По-моему, в мире два очень сложных языка — китайский и русский. Да, китайский сложный, но красивый, интересный. И выучить его вполне возможно, главное — задаться целью. По опыту наших учеников, скажу, что после второго года обучения люди спокойно сдают международный экзамен на знание китайского, третий уровень. А особо талантливые и усердные слушатели даже на четвертый уровень за это время выходят. Это очень хороший результат. С таким уровнем можно свободно общаться с китайцами на повседневные темы.

— А сколько нужно знать иероглифов, чтобы, например, уверенно себя чувствовать во время туристической или деловой поездки в Китай?

— Минимум 600 иероглифов. Хотя, знаете, в Америке, например, очень многие вообще не изучают китайскую письменность. Делают акцент на разговорный язык. Но, по-моему, совсем игнорировать письменность было бы не очень верно. Тем более что составление иероглифов — очень увлекательный процесс. Это ведь не просто набор палочек. В этих знаках скрыто столько образов.

— Наверное, все тонкости языка ученикам никто не передаст лучше, чем китаец. У вас преподают носители языка?

— Качество преподавания — наша первоочередная задача. Потому мы используем современные учебники, разработанные в Китае, и привлекаем лучших, профессиональных и опытных, преподавателей. Они с каждой группой работают в тандеме — русский преподаватель и китайский коллега. Они чередуются, каждый ведет одно занятие в неделю. Эта методика полностью себя оправдывает. Носитель языка с молоком матери впитал, например, тоны (а от интонации в китайском очень зависит смысл слова). А вот русскому преподавателю проще давать ученикам объяснения, корректировать.

После второго года обучения люди спокойно сдают международный экзамен на знание китайского, третий уровень.
После второго года обучения люди спокойно сдают международный экзамен на знание китайского, третий уровень.

— Можно ли через Институт Конфуция отправиться на стажировку, на обучение непосредственно в Китае? И есть ли шанс сделать это бесплатно?

— Да, такой шанс есть. Ежегодно мы распределяем стипендии: наши отличники уезжают в Китай на 4 недели, на полгода и даже на год. Для тех, кому интересна магистратура «Преподавание китайского языка как иностранного», есть возможность более длительного обучения в Китае. Стипендия покрывает затраты на обучение, проживание и даже своего рода «подъемные» выдаются — на покупку учебников и т.п.

— Вы, конечно, тоже были в Поднебесной. А какие города лично вам запали в душу?

— Мне нравятся города с древней историей. Например, китайский город Сиань. Ему около трех тысяч лет. В этом городе было найдено одно их чудес света — терракотовая армия императора Цинь Шихуанди. Представьте: больше восьми тысяч глиняных воинов. Как живые, в полный рост, у каждого индивидуальная мимика. Завораживающее зрелище. Кажется, сейчас воины и их кони оживут и пойдут в бой.

— Если вернуться к разговору о стереотипах. Говорят, что у нас с китайцами совсем разное восприятие картины мира: у нас больше развито левое полушарие, у них — правое. А чем наши народы, на ваш взгляд, похожи?

Если вам интересно изучение китайского языка,

если вы хотите поближе познакомиться с культурой и традициями соседней к нам страны, то преподаватели Института Конфуция ИГУ готовы вам помочь. Запись в группы ведется круглый год.

«Институт Конфуция ИГУ»
Тел.: (3952) 41-95-82

Подробнее

— Не забывайте — и у них, и у нас социалистическое прошлое, которое накладывает определенный отпечаток. Так, взаимоотношения между людьми в Китае, как и в России, достаточно тесные и прямые. Также нас роднит развитое чувство сострадания. Дружба, взаимопомощь — для наших наций важные понятия. Это нас сближает. Впрочем, главные ценности вообще во всем мире одинаковы. Не зря же их называют общечеловеческими. На них, наверное, и должно базироваться общение. А какие-то национальные особенности важно знать, уважать и учитывать. Большинство конфликтов возникает как раз из-за недопонимания. Уверена, что Китай нам не враг. И от этой дружбы богаче — не только экономически, но и духовно — становятся обе стороны. Нам есть чему друг у друга поучиться.

Китайцы, например, очень интересно воспринимают прошлое. Если вы спросите русского человека, он скажет, что прошлое позади, а будущее впереди. Для жителя Поднебесной наоборот: прошлое — впереди. Это и через язык раскрывается. Очевидно, что эта нация ориентирована на традиции, она не сносит старое, а, опираясь на него, перерабатывая его, создает что-то новое. Еще Конфуций говорил: «Тот, кто, повторяя старое, узнает новое, может быть наставником [людей]».