Одного Байкала мало

В «доковидном» мире туризм формировал 10,6% мирового валового продукта. Однако в валовом продукте Иркутской области туризм даже в лучшие годы занимал не более 0,7%, хотя Байкал манит людей со всего мира. Почему так происходит и что можно сделать? И главный вопрос сейчас: что можно сделать в условиях пандемии?

Мы привыкли считать, что Байкал — это природная жемчужина и туристическая Мекка. Что тысячи желающих стремятся побывать на его берегах, и число туристов, исполнивших свою мечту, растет. Что Иркутская область входит в первую десятку регионов-лидеров по приему туристов в России. Это все правда. Но, как всегда, есть «но».

По заказу Байкальского банка Сбербанка консалтинговая компания Strategy Partners в прошлом году провела всесторонний анализ ситуации в туристической отрасли Иркутской области. Это, пожалуй, первое серьезное маркетинговое исследование туристического комплекса региона за последние 25 лет. По их данным, доля туризма в ВРП области — меньше, чем в целом по стране (1%), в 4 раза меньше, чем в Краснодарском крае (3,3%). И хотя статистика много лет показывала постепенный рост турпотока, по средней выручке с одного туриста наш регион уступает даже соседнему Красноярскому краю. Притом что, согласно тому же исследованию, каждый третий россиянин хотел бы побывать на Байкале. А в англоязычном сегменте YouTube видео о Байкале в среднем набирают больше просмотров, чем ролики о Ниагарском водопаде и Большом Каньоне.

Иными словами, за 25 лет туристический потенциал Байкала, о котором так много говорилось и говорится до сих пор, так и не был реализован. Основные причины этого, как считают сами представители отрасли, — отсутствие стратегии развития туризма в регионе (как инструмента управления, а не формального документа), отсутствие инфраструктуры и правовой определенности.

Никто не мнит себя стратегом…

Концепция развития туризма в последний раз была принята 18 лет назад, в 2002 году. И ее действие закончилось в 2010-м. Позднее все попытки разработать и принять стратегический документ не были доведены до конца. К сентябрю 2020 года обещали принять Стратегию развития туризма в Иркутской области до 2036 года и перечень мероприятий по ее реализации. Однако пока этого не произошло — на сайте Агентства по туризму такого документа нет. По всей видимости, региональные власти решили дождаться принятия национального проекта по туризму.

«Жутко притягательный» или «жуткий и притягательный»?

«Дикость какая!» — фраза, которая применительно к отдыху на Байкале далеко не всегда означает восхищение заповедными природными красотами. Отдыхающих часто дико шокирует ценник на перелеты в Сибирь и тарифы турбаз, особенно в сопоставлении с реальными условиями проживания. Диковато выглядят шаблонное наполнение многих туристических программ, откровенно слабая инфраструктура…

Подробнее

— По факту, в регионе уже много лет не занимаются туротраслью всерьез. Пока все, что есть, — только небольшой раздел, посвященный туризму, в Стратегии социально-экономического развития Иркутской области и принятые в прошлом году правила организации туризма на Байкале, — констатирует Марина Григорьева, председатель комитета по предпринимательству в сфере туристской, курортно-рекреационной, гостиничной и ресторанной деятельности Торгово-промышленной палаты Восточной Сибири. — В этом плане наши соседи из Республики Бурятия давно обошли нас. Они не только разработали концепцию, но и внедрили принципы проектного управления, сумели консолидировать региональные и федеральные усилия — и получают значительную поддержку на федеральном уровне. А главное, небогатая Бурятия вкладывает в развитие туротрасли почти в восемь раз больше средств, чем Иркутская область.

Справедливости ради, надо отметить, что в прошлом году в Приангарье была принята Стратегия развития территориального туристско-рекреационного кластера Иркутской области до 2030 года. Но, как показал беглый опрос участников туррынка, о документе либо вообще не вспоминают, либо не считают стратегическим для отрасли в целом. Формально кластер, о котором идет речь, — это объединение 51 организации, имеющих то или иное отношение к сфере гостеприимства и работающих на территории Иркутского, Ольхонского и Слюдянского районов. И цель стратегии, как указано в самом документе, — повышение их конкурентоспособности. Для сравнения, в соседней республике Бурятии ТРК формируются вокруг того или иного инвестиционного проекта, локализованного на очень ограниченной территории. Например, туристско-рекреационный кластер «На Великом чайном пути» расположен на побережье озера Щучье в Селенгинском районе и объединяет турбазы, транспортные, экскурсионные компании, действующие в этой локации. Они работают на конкретную цель — столько-то рабочих мест, столько-то туристов, такие-то условия отдыха и турпродукты. Под этот проект республика планирует обеспечить их дорогами, коммуникациями и прочей обслуживающей инфраструктурой.

— Впрочем, сложности со стратегическим планированием объяснимы — как планировать, когда нет внятного правового поля? — рассуждает Марина Григорьева. — А его сейчас нет. Дело даже не в том, что охрана озера довлеет над всеми остальными аспектами (это естественно), а в том, что она сегодня рассматривается прежде всего в запретительной парадигме — нельзя прокладывать дороги, линии электропередач и связи, запрещено практически любое строительство, включая ИЖС. Фактически зона законного развития туризма у нас сведена до одного кластера (бывшей особой экономической зоны) «Ворота Байкала» в районе Байкальска.

И главное, жалуются предприниматели, все эти запреты не складываются в прозрачное, понятное законодательство в части права собственности, использования и эксплуатации объектов туризма. Более того, правила игры последние пять лет постоянно меняются. Нет уверенности, что завтра не будет пересмотрена очередная норма — а если будет, то в какую сторону: ужесточения или смягчения? Не оспорит ли очередной генеральный план поселения прокуратура? Что будет с границами, со статусом поселков, с правом собственности на землю? Эта неопределенность, конфликты и формирующаяся судебная практика по ним не только препятствуют стратегическому планированию, но и отпугивают инвесторов, готовых заходить в регион.

В Бурятии таких проблем меньше — границы национального парка и заповедных территорий там были оформлены давно. ОЭЗ (где режим природопользования мягче, а запретов меньше, чем в центральной экологической зоне Байкала) изначально формировалась из нескольких участков в наиболее популярных местах — в отличие от Иркутской области, где самые посещаемые участки побережья, вопреки рекомендациям бизнеса и науки, не попали ни в один из вариантов ОЭЗ. И это опять ставит соседний регион в более выигрышное положение.

Лучше меньше, но богаче

Опасность такого развития — без руля и ветрил, ориентируясь только на краткосрочные тренды, которые формируются не нами, — заключается в том, что рост неорганизованного туризма не приносит больше денег, зато ведет к деградации рекреационного ресурса. Через несколько лет такими темпами монетизировать вообще будет нечего.

Этим летом на форуме rAsia Baikal- 2020 эксперты настоятельного советовали региону ориентироваться не на рост числа туристов, а на повышение среднего чека для путешественников. Пока средний турист оставляет в области лишь 500-700 долларов за поездку против 1500 в среднем по миру. Но для этого нужна инфраструктура и новые центры притяжения для туристов. Сейчас региональный турбизнез мало что может предложить искушенному туристу. Продуктов, на сторонний взгляд, либо не хватает (с чем региональные участники туррынка не соглашаются), либо не хватает доступной информации о них.

Кому чартер на Байкал?

Появились чартерные авиаперелеты из Москвы в Бурятию, к побережью Байкала. Этот новый для республики турпродукт запустила при поддержке Ростуризма и регионального правительства туркомпания «TUI Россия». Проверить инфраструктуру перед началом старта программы прилетала лично глава Ростуризма Зарина Догузова. Почему московский туроператор не выбрал раскрученный иркутский берег и как эту новость восприняли иркутские туроператоры?

Подробнее

Идеальный вариант: приехавший в область гость по прилету может подойти к инфокиоску в аэропорту и получить набор маршрутов — куда поехать, как добраться, где жить, что попробовать — минимум на неделю, причем высокого качества и на любой кошелек. Это может быть горнолыжный тур плюс бальнеология, или просто бальнеология, горный туризм, исторические маршруты, вплоть до глубокой древности. Отправившись по любому из таких маршрутов, стихийный турист-одиночка становится организованным. А такие потоки как раз наносят минимальный ущерб природе и к тому же хорошо монетизируются. Но для этого варианта элементарно недостает предложений, которые можно было бы объединить в цепочки.

Такие цепочки взялся выстраивать Сбер. Strategy Partners разработал для него «Дорожную карту повышения конкурентоспособности и инвестиционной привлекательности туристического кластера Южного Прибайкалья». В документе проработаны предложения по совершенствованию транспортной инфраструктуры региона: реконструкция международного аэропорта Иркутска, развитие причальной инфраструктуры и строительство речных вокзалов, строительство канатной дороги порт Байкал — Листвянка, а также предложены типовые бизнес-проекты для инвесторов с разным бюджетом — обзорные площадки с инфраструктурой, экологические тропы, эколого-этнические поселения, детокс- и спа-комплексы рядом с природными объектами, событийные мероприятия. Под этот проект открылся проектный офис в Байкальском Банке Сбербанка. Привлечены серьезные инвестиции. Карта получила одобрение правительства региона. Однако надо понимать, что при всех многочисленных достоинствах и интересных решениях это, в конечном итоге, коммерческий банковский проект.

Туррынок ждет не только стратегических решений, но и практических шагов. Двадцать лет признавая и декларируя перспективность делового, образовательного и медицинского туризма, регион за этот срок не приложил реальных усилий к развитию этих направлений. Обладая месторождениями ценных минеральных вод, регион никак не развивает бальнеологию. Иркутск, некогда претендовавший на лидирующие позиции в деловом туризме (проведение конференций, семинаров, форумов и т.п.), сегодня очень сильно отстает от Новосибирска и Красноярска (особенно сейчас, после Всемирной Универсиады). Городу остро не хватает необходимой среды — современного экспоцентра, конгресс-холлов, мест развлечений, а район, некогда планировавшийся как деловой, превратился в обычный спальный квартал.

— После принятия стратегии следующим шагом должна быть принята программа Иркутской области по созданию и развитию туристической инфраструктуры. Инфраструктурный вопрос — это один из ключевых моментов в организации турпотока. Также должен быть назван орган, который бы координировал исполнение стратегии и программы взаимодействия всех игроков рынка. Отсутствие координации сейчас ощущается очень остро. В Бурятии таким органом является министерство туризма.

Мы тоже не раз поднимали вопрос о создании у нас отраслевого министерства, но пока все полномочия возложены на Агентство по туризму. Также должны быть обозначены объемы и источники финансирования, проговорены роли и степень участия всех сторон, — отмечает Григорьева.

— Конечно, со своим 0,7% ВРП туристическая отрасль смотрится копеечно на фоне нефтегазового сектора или лесного комплекса. Поэтому и отношение к ней несерьезное. Но даже при этом в бюджет Иркутской области туризм в прошлом году принес 960 миллионов рублей. В несколько раз больше вложенного — например, инвестиции региона в этом году всего 22 миллиона рублей — таков бюджет агентства по туризму. Что можно сделать на эту сумму? Очень мало, — настаивает Анатолий Казакевич, генеральный директор туроператора «Байкалов». — А при ежегодном финансировании со стороны региона этого направления хотя бы в объеме 400-600 миллионов рублей в год сумма налоговых поступлений увеличилась бы до 3-5 миллиардов рублей. В Бурятии ситуация иная. Там нет в таких объемах леса, газа, нефти. И экономических надежд на туризм гораздо больше. С этим и связана их более высокая активность. Как следствие, хотя в абсолютных цифрах республика отстает от нас, динамика роста туристического потока в Бурятии, безусловно, выше, чем в Иркутской области.

С тропами что-то нечисто

Редакция еженедельника «Аргументы неделi» решила проверить, насколько «витринным», образцовым является маршрут Большой Байкальской тропы от Большого Голоустного до Листвянки. Возникшие вопросы мы задали сотрудникам ФГУП «Заповедное Прибайкалье», а свои ощущения сопоставили с комментариями известного байкальского гида-экскурсовода…

Подробнее

Надежда зажглась

Разница стала еще более заметной в этом году на фоне пандемии: Бурятия получила чартерные рейсы в рамках поддержки внутреннего туризма, а Иркутская область нет. Официальная позиция Агентства по туризму: причиной стал более поздний и неполный выход с карантина гостиниц и общепита в Приангарье. Туроператоры и отели говорят о провальном сезоне и крайне сложном положении.

Но, с другой стороны, именно пандемический шок заставил государство всерьез обратить внимание на внутренний туризм. Была подготовлена концепция отраслевого нацпроекта, которую, как стало известно 16 ноября, поддержал президент России Владимир Путин.

Ранее руководитель Ростуризма Зарина Догузова рассказывала журналистам, что нацпроект по туризму будет включать три федеральных проекта: развитие туристической инфраструктуры и создание качественных турпродуктов, повышение доступности и информированности о туристических продуктах, совершенствование управления в сфере туризма. В рамках этих проектов возможны субсидии на создание обеспечивающей инфраструктуры для территориальных туристических проектов, на частичную компенсацию ставки по кредитам, на строительство или реконструкцию мест размещения, грантовая поддержка общественных, предпринимательских и региональных инициатив, направленных на развитие туризма. Вероятнее всего, ожидаемая региональная стратегия по развитию туризма будет встроена в этот нацпроект.

Эту инициативу региональный турбизнес воспринял с большой надеждой. Помимо прочего, идея Правительства РФ активизировать внутренний туризм может дать второе дыхание проекту «Великое озеро Великой страны». По словам Анатолия Казакевича, новая команда Ростуризма запросила у разработчиков этот объемный документ.

Напомним, проект «Великое озеро великой страны» подготовили аналитический центр при Правительстве РФ, местные эксперты туротрасли и правительства Иркутской области и Республики Бурятия. Документ включал предложения для комплексного развития Байкальской природной территории, которые могли бы обеспечить баланс экономики и экологии. В их числе были создание необходимой инженерной и транспортной инфраструктуры. В нем также предлагались семь различных маршрутов для туристов, разработанных с тем, чтобы равномерно распределить потоки по Прибайкалью, свести к минимуму пребывание на особо ценных природных территориях и снизить антропогенную нагрузку на побережье.

Пока же региональный рынок старается локально встроиться в программы поддержки внутреннего туризма, введенные федерацией. Например, кэшбэк за предоплаченную туристическую услугу. От Иркутской области в первый этап программы вошли 23 туроператора и 18 гостиниц. Во второй, стартовавший 15 октября, — 13 региональных туроператоров и 21 гостиница.

По словам Екатерины Сливиной, руководителя регионального агентства по туризму, 150 предпринимателей и НКО подали заявки на конкурс грантов от Ростуризма на развитие инициатив в сфере внутреннего и въездного туризма. Девять заявок оказались в числе победителей: парк-отель «Аляска» в Иркутске, глэмпинг «Долина мечтателей» в Листвянке, этно-парк «Прибайкальская долина» (казачья и бурятская культура) в поселке Тибельти Слюдянского района, обустройство тропы на пики Порожистый и Бабха в Слюдянском районе, а также в поселке Шаманка Шелеховского района. Два гранта получил проект инклюзивного туризма на острове Ольхон — на эти средства купят коляски для людей с ограниченными физическими возможностями, и будет построена доступная экологическая тропа для них. В общей сложности они получат 28,5 млн рублей, еще треть этой суммы победители должны вложить сами. Несколько проектов, которые не получили поддержки в этом году, при помощи АИРИО и Агентства по туризму Иркутской области будут доработаны и поданы повторно весной 2021 года.

Екатерина Вострикова
Капля меда в бочке COVIDA

• Иркутская область вошла в топ-10 лучших регионов России для виртуальных туров и экскурсий по музеям и достопримечательностям;
• Галерея современного искусства В. Бронштейна вошла в топ-10 лучших музеев и центров современного искусства в России, популярных для посещений, онлайн-туров и виртуальных экскурсий;
• Байкальский музей ИНЦ вошел в топ-10 лучших музеев природы и экологии России и государств СНГ, популярных для посещений и онлайн-туров, виртуальных экскурсий и выставок;
• Маршрут по берегам Байкала вошел десятку лучших маршрутов для велотуризма в России для отдыха с друзьями;
• Отдых на озере Байкал вошел в тройку направлений, где лучше всего снять стресс и поправить здоровье после изоляции после Крыма и Абхазии.

По данным аналитического агентства «ТурСтат» и российского сервиса бронирования жилья для отдыха Tvil.ru