Люби Бога, ходи в храм

Приезжая в Иркутск, все гости города восхищаются красотой храмов на нашей земле. Каждое из религиозных сооружений обладает своей неповторимой архитектурой, над которой годами трудились лучшие мастера своего времени. Спасская церковь, расположенная на Нижней набережной, имеет, на первый взгляд, сдержанный облик: белоснежные стены, зеленая крыша, фреска на фасаде. Однако за лаконичностью кроется большая история: этот храм является вторым каменным зданием Иркутска и древнейшим из сохранившихся.

В 60-е годы прошлого века московский архитектор Галина Оранская настояла на реставрации Спасской церкви как памятника архитектуры и истории. Фото Евгения Козырева

Колокольный звон как напоминание о Боге

Утреннее богослужение. Пока рассматриваю фотографии в холле храма, ко мне вдруг обращается мальчик: «Только не уходите. Сейчас буду звонить в колокола». Я попросила взять меня с собой на колокольню, он с легкостью согласился. Мы поднимаемся по узкой, кажется, бесконечной лестнице — перебирая витиеватые ступеньки, ощущаешь себя будто бы внутри старинного замка. И вот мы забрались наверх — у всех, кто впервые оказывается на колокольне, захватывает дух от открывающегося вида. Здесь можно рассмотреть и спокойную, но своенравную Ангару, и противоположный берег, и находящийся по соседству Богоявленский собор, исторически связанный со Спасской церковью. Справа в обзор попадают беспокойные, наполненные суетой центральные улицы города. Мальчик, четырнадцатилетний Андрей, начинает звонить в колокола. Дворник, очищающий внизу от снега улицу, на мгновение замирает и прислушивается. Звон продолжается, с каждым ударом он становится все объемнее и глубже. Не проникнуться этим блаженным очищающим звуком невозможно, и кажется, будто пешеходы замедляют шаг, а машины слегка притормаживают.

Раньше для русского человека, пожалуй, не было привычнее и роднее звука, чем колокольный звон, который сопровождал его на протяжении всей жизни. Сейчас, когда традиции православия после десятков лет советского террора начинают постепенно возрождаться, этот звук имеет особую символику — он взывает к чему-то вечному и первородному.

Деревянная церквушка

По обычаю, первопроходцы первым делом возводили на освоенной территории храм. Однако в Иркутском остроге после его постройки в течение десяти лет не было ни одного религиозного сооружения. В 1670 году Тобольский митрополит Корнилий послал Благословенную грамоту на постройку Спасского храма (его назвали в честь иконы Спас Нерукотворный), и уже в 1672 году казаки во главе с боярским сыном Иваном Максимовым построили в центре крепости первую деревянную церковь. Подробных сведений об архитектуре и убранстве Спасского храма специалистами пока не обнаружено. Но в описи Иркутска 1684 году можно прочитать: «Церковь эта была двухэтажная, вверху холодная — в честь Нерукотворного Образа, внизу — теплая, в честь Святого Николая. Под папертью, кругом шесть лавок о двух житиях; колокольня новая рубленная, шатровая с переходы, а под нею четыре лавки да амбар церковный казенный…». Из счетного списка за 1697 год видно, что на колокольне были «часы с перечасьем», которые с помощью специального механизма били каждые полчаса.

К сожалению, церковь быстро пришла в негодность: из-за близости к реке (храмы были обращены к водоемам, которые раньше считались основным способом передвижения как в зимнее, так и летнее время года) здесь часто случались наводнения и прочие катаклизмы. На рубеже веков произошла страшная трагедия — во время проведения пасхальных служб, которые всегда отличались многолюдностью, провалился отсыревший пол. Спасский храм стали избегать, священнослужители предпочитали проводить службы в соседнем Богоявленском соборе. Казалось, старейшая церковь Иркутска обречена на забвение…

«Стыдно было в церковь зайти. Я же комсомолец!»

Двери храма, как известно, открыты всем людям без исключения, но Александр Беломестных в первую половину своей жизни был, пожалуй, последним человеком, кто нуждался в поддержке религии. Убежденный комсомолец, талантливый чиновник-управленец и спортсмен, имеющий за плечами опыт службы в Афганистане, он жил по принципу «прежде всего сам не плошай». В 90-е годы, будучи ответственным комсомольским работником, Беломестных был крайне далек от православия. Однако теща, с которой у Александра Ивановича сложились теплые отношения, часто поговаривала о том, что хорошо было бы окрестить внучат. Отец двоих сыновей противиться не стал, даже нашел для себя прагматичный мотив — чтобы дети меньше болели.

Для поддержания ритма звонари используют различные считалки. Самые распространенные из них: «Любишь Бога, ходи в храм» и «Ося, Ося, Ося, ты не беспокойся, я тебя не трону, ты не беспокойся».

«В то время мне стыдно было в церковь зайти — я же комсомолец! — признается спустя годы Александр Беломестных. — Однако поддался на «провокацию» тещи. Когда привел детей в Михайло-Архангельский храм к отцу Калиннику, батюшка спросил меня, почему сам не крещеный. Так получилось, что он уговорил меня креститься «за компанию с детьми» (Александру тогда было 30 лет — ИО). Потом вдруг незаметно для себя я стал изучать духовную литературу, регулярно ходить в храм, общаться со священниками. Однако настоящей веры в себе еще не ощущал. Отец Калинник мне как-то на это сказал: «Вера — это дар Божий. Поэтому, чтобы вера появилась, нужно ее попросить у Бога». И однажды я, преодолевая сопротивление, попросил. И после этого взглянул на мир совершенно другими глазами».

Как полет в космос

За много лет до того как в душе этого человека стали закладываться первые кирпичики духовного храма, Спасская церковь начала возрождаться в физическом плане. В 1706 году был возведен храм из камня — он стал вторым каменным сооружением на территории Иркутской губернии и древнейшим из сохранившихся на данный момент.

«Каменное строительство XVIII века в Восточной Сибири можно смело сравнить с полетом в космос в прошлом столетии. Полная неизведанность в этой области и большой риск для первооткрывателей, — рассказывает историк, совладелец магазина «Антиквар» Александр Снарский. — Мастеров-каменщиков в то время на территории современного Иркутска не было, двух специалистов пригласили из столицы. Один из них погиб в пути, поэтому Моисею Ивановичу Долгих, который до этого работал над строительством тобольских и верхотурских храмов, пришлось руководить новаторским проектом в одиночестве. К счастью, мастер он был многопрофильный. Моисей Иванович умел и известь жечь, и кирпичи печь, и белый камень обрабатывать. Он не обладал только навыком строительства из сырого кирпича — и слава Богу, так как церковь с использованием этой технологии точно не дожила бы до наших дней».

Есть ошибочное мнение, что новая Спасская церковь была построена на месте старой деревянной, однако это не так — некоторое время в нескольких метрах друг от друга существовали сразу два храма с одним и тем же названием. Правда, вскоре после того, как появилась достойная замена, деревянное сооружение почило — окончательно сгорело во время сильного пожара. Новая Спасская церковь представляла традиции древнерусского посадского храма: бесстолпный двухэтажный четверик, увенчанный одной главкой, двухэтажная трапезная с запада и полукруглая апсида с востока вместе являли образ храма-корабля с четким силуэтом по оси восток-запад.

Первые преобразования храма датируются 1758 годом, когда к трапезной была пристроена колокольня. Через столетие в храме снова прошел масштабный ремонт, который, кстати, уберег сооружение от сильных разрушений во время землетрясения 1861-1862 годов. Устояла каменная церковь и находясь в эпицентре пожара. По рассказам очевидцев, жар был настолько силен, что у храма плавились колокола.

Угрозу для церкви представлял и человеческий фактор. В 1866 году архиепископ Парфений предложил Городской думе снести Спасскую церковь и на ее месте поставить Казанский кафедральный собор. Однако, к счастью, горожане отвергли это кощунственное предложение. Через несколько лет для Казанского собора была отведена таможенная площадь (сейчас здесь располагается правительство Иркутской области).

В советское время, как известно, церкви подлежали массовому уничтожению. В 1932 году, когда был разрушен упомянутый Казанский собор, Спасскому храму каким-то чудом удалось избежать печальной участи — религиозное сооружение попало в заветный список Наркомата просвещения. Однако радоваться было рано — церковь хоть и помиловали, но взяли в плен. В течение сорока лет в древнейшем храме Иркутска располагались коммунальные квартиры, склады и сапожная мастерская. Сооружение быстро пришло в упадок и запустение.

Однако, как говорит пословица, не было бы счастья, да несчастье помогло. В 60-е годы московский архитектор Галина Оранская занималась резервированием религиозных сооружений Иркутска. Именно она и настояла на реставрации Спасской церкви как памятника архитектуры и истории. В процессе реставрации был разобран северный придел, растесаны окна на втором этаже храма, реконструирована настенная живопись южного и восточного фасадов. В 1980 году вновь возрожденный памятник был передан в распоряжение Иркутского областного краеведческого музея.

«Раньше служил земному начальнику, а сейчас — самому Богу»

Подобно тому, как с каждым годом Спасский храм становился все жизнеустойчивее, укреплялась и вера Александра Беломестных.

В начале двухтысячных он успешно продвигался по карьерной лестнице в качестве чиновника — работал сначала в администрации Иркутска, а потом и в правительстве Приангарья. Но все время чувствовал какую-то неудовлетворенность — уставал от лицемерия, интриг и определенных правил игры, которые в коридорах власти неизбежны. Окна рабочего кабинета Александра выходили на Спасский храм, который он все время рассматривал в перерывах между неотложными делами.

«Владыке Вадиму я много раз говорил о том, что хочу что-нибудь делать для церкви. Но всегда получал ответ: «Не торопись, пока служится в администрации, служи. Во власти тоже нужны православные люди. Как только что-то произойдет, я тебя всегда готов взять». Я тогда понять не мог, о чем он говорит. Но человек полагает, а Бог располагает. В один момент я не сработался с новым руководством и написал заявление об увольнении. Когда уволился, владыка сказал, чтобы я готовился к рукоположению. Мои ощущения тогда словами не передать — смесь радости и удивления. Я ведь никогда не собирался стать священником. Сначала очень волновался, потому что у меня нет ни голоса, ни слуха, не было профильного образования. Но если Богу нужно будет, он все управит. Со временем я получил религиоведческую специальность и овладел музыкальными навыками. Проводя человеческие аналогии, можно сказать, что после того, как я стал священником, сразу перемахнул через несколько ступенек вверх по карьерной лестнице. Ведь чиновник служит земному начальнику, а священник — самому Господу. Это конечно, и колоссальная ответственность, но и огромная радость. Здесь не надо никого обманывать, притворяться, потому что Бог и так все про меня знает».

В июле 2006 года Александра рукоположили в дьяконы, а уже в ноябре он стал первым после возрождения православия настоятелем Спасского храма. Он является священником новой формации — человеком с активной гражданской позицией, который использует для своих целей современные средства (в том числе и социальные сети) и разговаривает с прихожанами на простом, понятном языке, без религиозных терминов.

2007-2011 годы стали для церкви периодом глобальной реставрации, о чем отец Александр рассказывает с удовлетворением человека, сделавшего большое серьезное дело: «Мы стали возводить храм с нуля. Здесь не было ни икон, ни алтаря. Когда начали укреплять фундамент, нашли некрополь — подняли около сотни останков первых строителей и служителей храма. Их мы перезахоронили в специально созданную на территории церкви крипту. Не менее сложной была работа по привлечению прихожан. Сейчас в Спасском храме имеется большая библиотека и видеотека, действует воскресная школа для детей и школа звонарей. Мы обучаем колокольному звону всех желающих. Радует, что уже для многих иркутян и гостей города Спасский храм стал особым местом, где можно ощутить единение с Богом».

Имена и даты

Александр Беломестных родился в 1960 году в селе Баргузин Республики Бурятия. В 18 лет был призван в армию, служил в Афганистане. Награжден медалью «От благодарного афганского народа». В 1987 году окончил Бурятский государственный педагогический институт по специальности «преподаватель физического воспитания». Был инструктором-методистом по физической культуре и спорту, преподавателем физкультуры в школе №65, заместителем председателя Иркутской областной ассоциации воинов-интернационалистов Иркутска. С 1992 по 1995 занимал должность председателя комитета по делам молодежи Иркутска, затем заместителя председателя комитета по управлению Правобережным округом. С 1998 по 2003 год — председатель комитета по делам молодежи Иркутской области, 2003-2005 годы — начальник управления государственной службы и кадров аппарата губернатора области. В последний год работы в администрации возглавлял службу протокола губернатора.
16 июля 2006 года рукоположен в диаконы, в августе — в иереи, в ноябре назначен настоятелем Спасского храма Иркутска. 19 января 2007 года назначен директором женской православной гимназии. Женат, воспитывает двоих сыновей.