Конные энтузиасты

В Иркутской области существует потенциал для развития конного спорта. Возможное появление конноспортивной школы может стать серьезным толчком для возрождения коневодства в регионе, пришедшего в упадок несколько десятилетий назад.

Покупка хорошей спортивной лошади Может обойтись в $50-100 тыс., а когда речь идет о наиболее выдающихся животных — счет идет на миллионы. Фото Елены Петровой

Конный спорт и коневодство в Иркутской области стали приходить в упадок 35-40 лет назад. Перестроечный и постперестроечный периоды добили их окончательно. На иркутском ипподроме в бегах и скачках участвовали исключительно лошади так называемой местной породы — животных с благородной кровью не осталось, половина стойл пустовала. Олимпийские же виды конного спорта (конкур, выездка, троеборье) к тому времени в регионе были забыты вовсе.

Одновременно и в деревнях разведение лошадей свелось к минимуму, в рамках повальной механизации большинство селян пересело на «железных коней», была утеряна сама культура верховой езды. Осталось мало кузнецов, практически исчезла такая профессия, как шорник. И сегодня, когда техника стала по экономическим причинам труднодоступна, вернуться к традиционной «одной лошадиной силе» люди уже вряд ли смогут — ездить верхом и обращаться с лошадьми многие селяне совершенно разучились. В конце 90-х годов конный спорт в регионе начинает возрождаться практически с нуля. В 1995 году после многолетнего перерыва на иркутском ипподроме возобновились бега, в 2001 году там впервые прошли зональные соревнования. В 2000 году был создан Фонд Тихомировых, начавший, среди всего прочего, развивать в регионе классические виды конного спорта — выездку и конкур. В 2004 году в Иркутске открылась первая частная конюшня.

Кадры решают все

Руководитель Фонда Тихомировых Ольга Тихомирова сообщила «ВФ», что она созрела для того, чтобы всерьез обсуждать возможность открытия в Иркутске конноспортивной школы. По ее словам, «потенциал для этого уже накоплен». Школа может дать хоть какую-то базу для подготовки специалистов. Во всех сферах, связанных с лошадьми, много проблем. Однако острее всего — проблема кадров, вернее их отсутствие.

«Прежде всего нужны кадры: конюхи, инструкторы, проводники — трезвые и ответственные», — подчеркивает владелец имения «Заречное», специализирующегося на конном туризме, Сергей Перевозников. Существующие конюхи хорошо знают свое дело, но при этом периодически уходят в запои либо хотят работать, но в лошадях мало смыслят. Хотя в любом случае опытные, профессиональные конюхи в нашем регионе почти все самоучки, местные «самородки». Специального образования практически ни у кого нет. «Главная проблема — проблема квалифицированных кадров», — вторит ему руководитель Фонда Тихомировых Ольга Тихомирова. Она отмечает, что в последние годы ситуация начала медленно меняться к лучшему, стали отправляться в Москву на обучение тренеры и инструкторы, в Иркутск приглашют специалистов для проведения семинаров. Но это только первые шаги — до кардинального решения проблемы далеко.

Существующие конюхи хорошо знают свое дело, но при этом периодически уходят в запои либо хотят работать, но в лошадях мало смыслят.

В корне проблему кадров на региональном уровне не решить. Дело в том, что сегодня только Московская государственная академия физической культуры готовит специалистов высокого класса в этой сфере. Есть еще несколько училищ по стране, которые теоретически занимаются подготовкой специалистов, однако реально это только специалисты для испытаний лошадей (бегов и скачек), которых изначально учат тому, что лошадь можно заставить, принудить подчиниться, в то время как в олимпийских видах спорта высокие результаты достигаются только при партнерском взаимодействии животного и всадника. Именно поэтому в России спортивные лошади лет в 12-15 часто оказываются списанными на пенсию ветеранами, при этом, как правило, они уже инвалиды, поскольку всадники выжимают из них все, что можно. В Европе же лошади к 18-20 годам только достигают расцвета своего развития и способностей, позволяющего участвовать в соревнованиях уровня Олимпийских игр.

Без права на место в бюджете

С другой стороны, для развития конного спорта должно развиваться само коневодство. А оно сегодня отправлено «в свободное плавание», не имея практически никакой поддержки. «В федеральном бюджете даже нет такой статьи, как «коневодство», — говорит Сергей Перевозников. Он считает, что сегодня перспективы развития этой отрасли в нашем регионе крайне малы. «Да, табуны ходить будут… но они будут мясные», — считает владелец «Заречного». Это подтверждают и слова Ольги Тихомировой о том, что лошадей местной породы они покупают на вес по мясным ценам. Однако все же она смотрит на ситуацию более оптимистично. «В последние несколько лет многие стали вкладывать средства в лошадей, завозить их в Иркутскую область из других регионов и из-за границы для участия в ипподромных испытаниях», — отмечает госпожа Тихомирова. По ее словам, и у нас некоторые коневладельцы уже начинают заниматься селекцией. О положительных тенденциях в сфере коневодства и конного спорта в Приангарье говорит и то, что в этом году в Иркутском районе открылся первый в нашем регионе частный ипподром. Правда, она также отмечает, что пород, предназначенных именно для олимпийских видов спорта, а не для ипподромных испытаний — ганноверской, тракенинской — у нас в регионе пока единицы.

Конный спорт развивается в Иркутской области, как и по всей стране, очень медленно. Ведь это один из самых дорогостоящих и затратных видов спорта, а потому напрямую зависит от уровня благосостояния населения, который повышается медленно. К примеру, покупка породистой лошади может обойтись в сумму около $10 тыс., покупка хорошей спортивной лошади — в $50-100 тыс., а когда речь идет о наиболее выдающихся животных, счет идет на миллионы. Далее, хорошее седло стоит около 30 тыс. рублей, шлем — от 2 до 4 тыс. руб., сапоги наездника — 3-9 тыс., оголовье с поводом — 2,5-3 тыс. руб. И это речь идет не об элитном, а просто удовлетворительном по качеству обмундировании. Причем везти все это приходится из Москвы либо из-за границы. В Иркутской области необходимую спортивную амуницию купить невозможно. И окупить такие большие затраты в конном спорте можно только одним способом — участвуя и побеждая в соревнованиях с высокими призовыми фондами. В Приангарье пока немного бизнесменов, заинтересованных и готовых становиться спонсорами при формировании призового фонда. По этой причине лучших лошадей иркутские коневладельцы держат пока не здесь, а, к примеру, в Москве или Татарстане, где выставляют их на скачках.

Призрачные перспективы

Если же вести речь не о конном спорте, а, к примеру, о конном туризме, то тут акценты кардинально смещаются — здесь к снаряжению и к лошадям требования совсем другие. «Нет, проблем с амуницией у нас нет, в нашем магазинчике можно купить все необходимое», — говорит Сергей Перевозников. С лошадьми проблем у них тоже нет, но здесь к ним и требования иные, о породистости говорить не приходится, главное — выносливость, крепкая психика, умение выживать в экстремальных условиях. Поэтому, помимо местных лошадей, в походах используют либо их же помеси с рысаками, либо тех рысаков, которые родились в наших краях и, возможно, уже не в первом поколении, а не были недавно завезены сюда. «Старые, адаптированные рысаки чувствуют себя в наших условиях отлично, а нынешние — рафинированные холерики», — отмечает владелец «Заречного».

Но и в конном туризме есть множество проблем. Здесь кадровый вопрос обостряется сезонностью этого вида деятельности. «На короткий сезон 2-4 месяца очень сложно найти ответственных людей, тем более что время уйдет на их обучение и адаптацию, — рассказывает Сергей Перевозников. — Платить же людям зарплату весь год ради короткого сезона можно лишь при наличии гарантированного летнего турпотока, и то нет никаких гарантий, что весной он не уйдет, потому что сегодня в конной сфере рынок работника, а не работодателя».

Статистика говорит о том, что конный туризм в нашем регионе развивается бурно. Однако в действительности это то, что в экономике называется «эффектом низкой базы», то есть речь идет о развитии практически с нуля. Если в этом году была только одна подобная фирма, на следующий год их стало две, а через несколько лет пять, то статистика показывает, скажем, что за пять лет количество фирм увеличилось в пять раз — и вроде бы произошел огромный рост. Именно это и происходит в конном туризме нашего региона, начиная с конца 90-х годов. Реально же, считает Сергей Перевозников, «конного туризма на Байкале пока почти нет, и перспективы его весьма призрачны, если говорить о нем, как об отрасли, а не как о допуслуге на турбазе, стоящей в ряду «бабы, баня, бадминтон, теннис, кони, бар». Развитию конного туризма также мешают экономические препятствия, но совсем иного плана, чем конному спорту. Это весьма дорогостоящий вид отдыха — нужно хоть как-то окупить содержание лошадей, плюс для обеспечения безопасности с группой необходимо отправлять достаточное количество проводников и инструкторов, оплачивая их работу. К этому добавляются затраты самих туристов на дорогу. Поэтому позволить себе конные переходы могут состоятельные люди, зачастую это иностранцы. Но у них совсем иные представления о таком отдыхе, они ждут экстремальной, но безопасной и комфортабельной поездки, инфраструктура для чего практически полностью отсутствует на Байкале.

У конного туризма и спорта есть еще одна общая черта — они практически не окупаются и не приносят прибыли. «Это скорее разряд хобби, им занимаются люди увлеченные», — говорит Сергей Перевозников о конном туризме. «Конники — люди, которые не рассчитывают на окупаемость, это люди чокнутые», — вторит ему Ольга Тихомирова. И, пожалуй, то, что все это делается в первую очередь на энтузиазме и отчаянной любви к лошадям и своему занятию, можно считать главным аргументом в пользу того, что, так или иначе, пусть трудно, медленно, но конное дело все же будет развиваться как в Иркутской области, так и по всей России.