Фатальная патология или бездействие медработников?

Следственный комитет возбудил уголовное дело в связи со смертью школьницы в Братске
Следственный отдел СК РФ по Иркутской области в Братске возбудил уголовное дело в связи со смертью 14-летней школьницы в декабре 2021 года. Дело возбудили только после большого скандала, вылившегося в социальные сети. Родственники погибшей девочки считают, что трагедия произошла по вине медработников.

4 декабря, обычный субботний день. Жизнерадостная и активная восьмиклассница из жилого района Падун в Братске внезапно почувствовала сильное недомогание. Её рвало, тело сводили судороги, начались обмороки. Мать, Светлана Остапишина, была в тот день дома, поэтому сразу отреагировала на жалобы дочери и начала звонить в скорую помощь.

— Потом она стала сильно кричать: «Мне больно!..» Вызвали скорую. Звонила сестра на 112. Звонили мы на 03. Диспетчер: «Сейчас, скоро будет». Прошло 48 минут, когда бригада скорой помощи приехала. Сказали: «Вы почему не сказали, что ребёнок падает?» Так мы звонили и говорили, а диспетчер трубку не брала. Потом сказала: «Возможно, она у вас беременна или под наркотиками», всё такое… Девушка со скорой взяла номер у сестры и ей три дня звонила, спрашивала, как ребёнок. Она сказала: «Если бы нам сказали, что ребёнок в тяжёлом состоянии, мы бы сразу приехали. Почему к вам не отправили реанимацию, которая стоит в Падуне?» — рассказала Светлана Остапишина федеральному телеканалу «Рен-ТВ».

19 декабря в реанимации детской городской больницы девочка скончалась. Отметим, что наш автор в Братске в течение трёх дней пытался связаться со Светланой, чтобы выразить соболезнования и дать ей возможность высказаться о том, что произошло, поскольку сообщения в соцсетях и сюжет по телевидению о трагедии вызвал огромный резонанс не только в городе, но и по всей стране. После смерти ребёнка в крупных сетевых сообществах начали появляться записи о бездействии и превышении полномочий работников скорой помощи, а также о халатности врачей детской больницы. Обсуждение превратилось в поток ненависти в адрес медработников. Однако на контакт Светлана не пошла, сославшись на занятость. В то же время, изучив её страницы в соцсетях, мы выяснили, что в 2021 году она потеряла и мужа. Как женщина переносит тяжелейшие утраты, даже представить невозможно.

Здравоохранение как система самовыживания

Накануне Нового года достучались до нас из Нижнеудинского района, не зная уже куда обратиться. С билирубином 300 (при норме максимум 20), механической желтухой и острыми болями по скорой в Нижнеудинскую горбольницу поступила жительница одного из отдалённых сёл. Одна капельница в день — вот и всё лечение в критической ситуации, грозящей перитонитом, поскольку протока закрыта, желчный переполнен. Через несколько дней «лечения» кричавшей от боли и умолявшей позвать врача пациентке медсестра поставила за день 5 обезболивающих, вплоть до морфия. Но доктора так и не позвала. Либо он не соизволил подойти…

Подробнее

Говоря о причинах смерти ребёнка, в соцсетях с анонимных аккаунтов активно распространялась версия об инсульте, что в 14 лет большая редкость, как заявило позже региональное министерство здравоохранения. Диагностировать оперативно такую патологию, тем более по телефону, практически невозможно, кулуарно обсуждает медицинское сообщество города.

Тем не менее именно диспетчера скорой помощи обвиняют в смерти ребёнка. В сетевых публикациях утверждается, что диспетчер упустила время, госпитализация произошла слишком поздно, а сам экипаж был почему-то направлен из другого района города, ехал 40 минут, и это была обычная бригада, а не реанимационная.

«На данный вызов была направлена первая освободившаяся бригада СМП. После госпитализации пациентки ситуацией занимались необходимые специалисты из Иркутска — консультировали местных врачей. Однако случай в медицине редкий. Министерство здравоохранения региона проводит служебную проверку», — сухо сообщили в министерстве здравоохранения Иркутской области.

Наш источник на станции скорой помощи утверждает, что вопросы о беременности и интоксикации наркотиками оправданны. При симптомах рвоты и тошноты у подростка диспетчер должен задавать подобные вопросы. Также источник сообщает, что в день случившегося на станции работали одни из самых опытных диспетчеров городской системы скорой помощи и решения принимал не один диспетчер, а двое. Один определял тип бригады, которую необходимо направить, а второй работал непосредственно с экипажами, и, как утверждается, для помощи девочке второй диспетчер даже снял с вызова бригаду и перенаправил в Падун.

Важным моментом является и то, что нагрузка на скорую помощь города в период сезонных заболеваний неимоверная. На момент событий в Братске бушевали детские респираторные вирусные заболевания, на станцию и в детскую больницу поступало до 700 вызовов в день, что в 2–3 раза больше обычного.

Когда ребёнок всё же поступил в бессознательном состоянии в детскую больницу, начались новые испытания. На месте не оказалось, в частности, окулиста, который провёл бы необходимую диагностику перед операцией: у него был выходной, отмечает мама. Также врачи начали советоваться со специалистами из Иркутска по телемосту, так как специалистов соответствующего уровня в Братске нет.

Операцию провёл местный нейрохирург на следующий день, однако после этого ребёнок уже не выходил из комы.

От перемены министров порядка как-то не прибавляется

Из предновогодних чудес с исчезновением. Министр здравоохранения Иркутской области Яков Сандаков ушёл в отставку. С ним не продлили контракт, закончившийся 30 декабря. Напомним, что в ноябре 2020 года главу минздрава нам в регион поставили из Москвы. Сильно нахваливали его опыт поликлинической работы. Сам губернатор Игорь Кобзев заявлял, что рассчитывает на него как на «управленца, менеджера, который сможет выстроить систему»…

Подробнее

Добавим, что Братск — это крупный промышленный центр на севере Иркутской области, с 220 тысячами жителей. Здесь также обслуживается население всего севера региона, однако многие узкие специалисты здесь попросту отсутствуют либо их хронически не хватает. Это не только окулисты или нейрохирурги, но и гастроэнтерологи, пульмонологи, аллергологи и другие. С развитием пандемии система здравоохранения города накренилась ещё больше: из больниц специалисты нередко увольняются, не выдерживая нагрузки.

Несмотря на нехватку кадров, в городе развита санавиация. При детской больнице есть вертолётная площадка, и у пользователей сети возник вполне резонный вопрос: почему девочку не транспортировали в Иркутск или Новосибирск, учитывая сложность её случая? Этот вопрос мы официально задали минздраву Иркутской области, однако неофициально близкие к учреждению источники отмечают, что ребёнок был нетранспортабельным. Также опровергается версия с инсультом: патология была иной и, возможно, фатальной, но во всём этом предстоит разобраться следователям.

В день смерти девочки с целью установления всех обстоятельств следователями СК была начата доследственная проверка.

«10 января следственным отделом по г. Братску СУ СК России по Иркутской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ («Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей»). Следователи СК допрашивают медперсонал и руководство медучреждения, а также свидетелей произошедшего. Изъята необходимая медицинская документация. Расследование уголовного дела продолжается», — сообщает областное управление СК РФ.

В свою очередь редакция «АН» направила в областной минздрав официальный запрос, где резюмировала вопросы, взволновавшие общественность в контексте произошедшего. Рассчитываем на обстоятельные комментарии. В том числе хотелось бы услышать разъяснения по следующим моментам. Правда ли, что ребёнок при поступлении в ДГБ не смог получить оперативную помощь узкого специалиста, в частности пройти диагностику, из-за отсутствия в Братске штатного нейрохирурга? Почему ребёнка не отправили в день поступления в ДГБ Братска санавиацией в областной центр? Кто принимал решение оставить девочку в Братске? Могли ли специалисты медучреждений Братска или родители заметить симптомы заболевания — инсульта или другого (есть разные заявления о причине смерти) — у девочки до того как это привело к трагедии? Возможно, несвоевременное выявление заболевания привело к фатальному исходу?

Также многочисленные пользователи соцсетей сообщают, что помимо диагностов в области нейрохирургии в Братске отсутствуют квалифицированные неврологи и другие специалисты схожего профиля. Почему сложилась подобная ситуация в городе с 220 тысячами жителей и центре всего севера Иркутской области? Какой видится выход из этой критической ситуации с обеспечением медицинскими кадрами?..

Готовы выслушать, изучить и опубликовать экспертные оценки, мнения, рекомендации по теме. Вопросы здравоохранения и проблемы этой сферы рано или поздно касаются каждого…

Елена Кутергина